— Кирилл! — Ви воскликнула, бросилась к нему, едва удержав поводья взбесившейся лошади. На слова не было времени.
Снесённый течением паром со скрежетом врезался в мель и замер. Все выскочили на островок либо в воду. Мильва была последней. Кирилл увидел, как лучница покачнулась, едва перебирая ногами. Он бросился к ней, удержал, помогая выбраться на песчаный берег.
— Мильва? Что? Куда? — но раны он не увидел. Мягко уложил её голову себе на колени. Сглотнул, увидев красное пятно, расползающееся по штанине шерстяных брюк. Регис подскочил к ним, выхватил из торбы бутылочку, протянул её ведьмаку.
— Лей! Лей мне на руки, живей! И отойди! У неё может быть выкидыш.
— Нет, — едва слышно прошептала Мильва. — Я хочу, чтобы он был рядом.
Кирилл мягким движением руки убрал слипшиеся пряди волос со лба лучницы, заметив слёзы, скатившиеся по щекам девушки. Стиснул зубы и слабо улыбнулся, встретившись глазами с умоляющим взглядом лучницы.
«Нельзя изменять судьбу. Сделаешь это сейчас — последствия будут преследовать тебя всю оставшуюся жизнь».
Он зажмурился, смахнул со лба пот, заливающий глаза. Услышал тихий стон, сорвавшийся с губ Мильвы, и звук ткани, разрезаемой ножом.
— Держи её голову, — хрипло произнёс он, обратившись к Ви. На мосту раздались крики Геральта и Кагыра, призывающие бегущих кнехтов продолжить бой. — Уйди!
Он оттолкнул вампира, зажмурился, концентрируя в ладонях магическую энергию. Прошептал заклинание.
— Держи её крепче, Регис! Не позволяй вырваться! — заклинание вновь сорвалось с губ, когда ладони накрыли живот Мильвы, направляя исцеляющую магию в тело девушки.
Медальон на груди обжёг кожу, запульсировал. Воздух загудел, завибрировал, едва видимым потоком циркулируя вокруг них. Вода в реке вспенилась, забурлила, ударилась о берег. Лютик встревоженно охнул, когда небо над головой затянули серые тучи, и ветер завыл под мостом. Кирилл потерял связь с реальностью, словно его окружала лишь пустота: безмолвная и необъятная. Кровь стучала в висках от напряжения, сковавшего все тело.
«Впитай в себя силу земли. Представь огонь, бурлящий в жерле вулкана. Укроти её, заставь подчиниться. Сломай её волю. Ощути силу огня на пальцах», — хрустальный голос Арэйона приобрёл металлические нотки, набатом зазвучал в голове, прочищая мысли.
Магия обожгла ладони.
— Кровь, — потрясённо выдохнул Регис. — Остановилась.
Мильва закричала и, если бы не хватка вампира, её бы скрутило от боли. Кирилл повторил заклинание, ощущая, как под руками расслабилось тело лучницы. Девушка выдохнула и затихла. Он вскинул голову, испуганно взглянул на безмятежное лицо лучницы. Страх стиснул горло. Неужели не смог? Ошибся?
— Мильва? — прошептал он и наклонился к её лицу. Услышал тихий смех вампира и облегчённо выдохнул, когда щёку обожгло размеренное дыхание спящей лучницы. — Получилось?
Он неуверенно взглянул на Региса. Лютик и Ви, на лицах которых застыла тревога, последовали его примеру. Вампир кивнул, улыбнулся, не разжимая губ.
— Обошлось.
Кирилл упал на спину, тяжело задышал и закрыл лицо рукой, сдерживая ком, подступивший к горлу. Его трясло. Сердце истерично колотилось о рёбра, отбивая безумный ритм. Он смог. Он справился. И плевать, чем это всё для него обернётся.
========== Глава 14. Пути предназначения ==========
Комментарий к Глава 14. Пути предназначения
Хех, что-то потянуло меня в сторону объёмных глав. Надеюсь это не минус)) Хотела вмешать в неё ещё и некоторые события стычки с Бонартом, чтобы новая глава была исключительно про мир эльфов, но оставлю всё же их на потом, а то всё это растянулось бы ещё на несколько страниц. Приятного чтения)))
Белоснежные вершины гор Амелл тянулись к небу, утопая в редких облаках. Гора Дьявола, именуемая Горгоной, мрачным предостережением вздымалась ввысь над горным хребтом. Дождь, всю ночь заливавший землю, под утро прекратился совсем, и ветер разогнал сизый туман, стелившийся по мокрой и пожухлой траве. Деревья утопали в буйстве красок неумолимо наступающей осени, и листья, подхваченные воздушными потоками, срывались с веток, с лёгким шорохом падая под ноги путников. Кирилл обернулся, хмурым взглядом окинув группу бортников, которые несколько дней назад прибились к ним в надежде, что разношёрстная компания, в случае чего, защитит их от чудищ или бандитов. Парень бросил взгляд на Мильву и едва заметно улыбнулся, вспомнив их разговор после случая на мосту.
***
— Мильва? — Регис замер у кровати лучницы, заботливо протягивая ей стакан со снадобьем, от которого исходил резкий пряный запах с едва уловимым ароматом ромашки. — Как ты себя чувствуешь?
Мильва медленно окинула взглядом комнату: Геральт, Кагыр, Лютик и Ви стояли рядом. Они ободряюще улыбались ей, но их сочувствие заставило лучницу испытать мучительное чувство стыда: её нутро словно вывернулось наизнанку. Она справится. Должна справиться. Этот ребёнок не был желанным, и боги просто вняли её молитвам… Почему же теперь она готова разрыдаться как самая обыкновенная глупая баба?
— Здорово же ты нас напугала, — наконец произнёс Геральт, помогая лучнице сесть на кровати. — Выпей отвар, иначе Регис грозится сам тебя напоить.
Губы вампира дрогнули в едва заметной усмешке, но лицо оставалось напряжённым: его не покидало беспокойство. Повисло гнетущее молчание, прерываемое лишь громким ржанием армейских коней да голосами солдат, марширующих вдоль лагерных шатров.
— Чувствую себя опустошённой, — едва слышно проговорила Мильва, осторожно делая глоток регисовского отвара. — Знаю, я ведь сама этого хотела. А теперь, когда это случилось… Ненавижу саму себя.
Девушка зарыдала и уткнулась лицом в плечо Геральта, стыдясь собственных эмоций. Все переглянулись, и Регис кивнул, давая негласное разрешение. Кагыр кашлянул в кулак и взглянул на ведьмака, который неуверенно и едва заметно пожал плечами.
— Мильва? — Геральт мягко сжал ладонь лучницы. — Ты не потеряла ребёнка.
Белоголовый готов был поклясться, что на несколько мгновений сердце девушки перестало биться, а затем зашлось в бешеном ритме, гулко ударяясь о рёбра. Мильва вскинула голову, переводя затуманенный взгляд с ведьмака на остальных. Кагыр кивнул, а Лютик с придурковатой улыбкой на губах что-то быстро отметил в своём дневнике, неуловимым движением тут же спрятав его под подолом куртки.
— Разве это возможно? — Мильва вопрошающе уставилась на вампира. — Ты целитель от бога, Регис! Как же так?
— Мне, несомненно, льстит столь высокая оценка моих способностей, но это вовсе не моя заслуга, — улыбнулся Регис. — Это всё Кирилл. Мы не рассказали тебе сразу, потому что немного опасались твоей реакции. Тебя снедали сомнения по поводу этого ребёнка, и едва мы поведали об этом нашему юному другу, как он ретировался восвояси, стремясь избежать твоего праведного гнева. Но ведь все опасения были напрасны, моя дорогая Мильва? По глазам вижу, что да.
Лучница, едва сдерживая подступившие слёзы, улыбнулась и радостно всхлипнула, прижав дрожащие ладони к губам. Геральт ободряюще погладил её рукой по плечу и прижал к себе, обнимая.
— Всё обошлось, выдохни. С тобой всё будет в порядке, вот увидишь, — ведьмак ещё минуту обнимал девушку за плечи, пока та, благодарно и счастливо улыбнувшись, сама не разомкнула объятия, справившись наконец с охватившими её противоречивыми эмоциями.
— Не нужно прятаться, Кирилл, — лучница слегка склонила голову, заглядывая за широкую спину Кагыра. Нильфгаардец сделал шаг в сторону и взглянул на парня, который стоял у входа в шатёр. На лице Кирилла ясно читались смущение и растерянность.