- Какая уверенность…
- Почему ты решил, что после того, как убьешь их всех что-то изменится?
- Потому что что-то действительно изменится.
- И что же?
- Ублюдков станет немного меньше.
- Но…
- Заткнись! Если собираешься читать мне нотации о морали, то завали ебало! Ты не переживал то, что пережил я! Ты не видел того, что видел я! Ты не знаешь того, что знаю я! Ты! Мелкий выродок, возомнивший себя рыцарем в сверкающих доспехах, на которого готова запрыгнуть любая шкура! А я вот что тебе скажу: ты, вечный дыркоискатель, пускающий слюни на каждую юбку, не ценишь ничего из того, что имеешь! Ездишь далеко, да видимо не чтобы зарабатывать на жизнь, а трахаться, как кролик! Так что не тебе мне объяснять, как поступать, блядоход несчастный! – порывы ветра сделались сильнее, мешая мужчине держать равновесие. - А теперь пошли прочь!
Винсент, задетый сказанным, но все-таки сумевший совладать с собой, дрожащим от гнева голосом закричал в ответ:
- Мы уйдем, но только если заключим сделку!
- Пошли нахуй отсюда! Ты думаешь мне будет сложно расправиться с вами обоими?
- … Все-таки поднимешь руку на невинных?
Мужчина ненадолго замер. Затем обратился в то огромное темное существо, спрыгнул с ветки и за секунду оказался в человеческом облике прямо перед лицом молодого охотника. И, дрожа, зашипел:
- Отдай мне самый бесценный плод, который у тебя есть, но которым ты не дорожишь.
Винсент задумался. Что это может быть за плод такой? У его дома в садике росло не так уж и много деревьев. Может это намек на что-то? На что? Он помнил какую-то давнишнюю легенду про двух людей, сад и змею. Кажется, эта парочка съела яблоки… Но ни один из сортов, растущих у него, не представляет собой невероятной ценности. Тогда что? Может быть персик? На Востоке эти плоды смешивают с нефритовой крошкой, молоком священного животного и чем-то еще, получая напиток «Вечной молодости». Пить его можно только императору и императрице… Может это серебряные серьги с бриллиантами в виде груш, которые он подарил на свадьбу Божене? Будучи еще совсем юным, он украл их из гробницы какого-то знатного вельможи, чей род шел непосредственно от основателей столицы. А может его подвеска? Та, что когда-то вручил ему отец, за первого убитого чудовища. Это был крупный спелый гранат из золота, усыпанный большими, редких оттенков рубинами. Жалко, конечно, ее отдавать, семейная драгоценность, символ рода. Хм… Где-то здесь был подвох, но он не мог понять, где… Ай, ладно, времени нет.
- Решай. Ну! – нетерпеливо крикнул мужчина, чувствуя, как протянутая рука стала затекать.
- Я согласен! – Винс крепко пожал ее. – А тебе нужна только подвеска?
- Он мне нужен весь.
- Что, еще и с лентой?
Настала непродолжительная пауза. Руки расцепились.
- … Ах-ха-х… Ах-ха-ха… АХ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! Ты не только блядоход, но еще и тупорылый распиздяй. С чем я тебя и поздравляю, папаша! АХ-ХА-ХА-ХА-ХА!
Мужчина опять обратился в странное, жуткое существо, легко взмыл на ветку и помчался среди деревьев, как стрела. Темная туча сожрала луну, опустив все во мрак, и стягивалась на небе, собирая свои силы. Винсент стоял с ничего непонимающим лицом:
- Ч-что?
- Ты идиот, - жестко раздался за спиной голос старика. – Ты ведь не прочитал письма?
- Прочитал…
- Неужели?
- Да! В чем подвох, мать вашу?!
- Плод, Винсент. Плод – ребенок! Твоя жена тебе уже который раз писала, что на последнем месяце, а учитывая время на доставку она наверняка родила! Неужели не хватило мозгов сообразить, что у этого чудища только одна мысль?!
Минута осознания. Охотник изменился в лице. Черты лица у него расслабились. Затем оттянулись, глаза наполнились ужасом, на виске запульсировала венка. Винсент сорвался с места, стремглав понесся среди деревьев с истошным, надрывающимся свистом, которым призывал свою лошадь.
- Стой, дубина! Не туда! Он все равно быстрее!
«А?...» - Ян наконец-то открыл глаза.
- Наконец-то! Ян, слышишь? Меня слышишь? Сиди здесь. Или иди домой. Слышишь? Мне нужно идти.
Кьярваль заковылял в сторону невысокой горы.
- Вы к-куда?
- Иди домой. Скоро будет гроза.
- К-куда в-вы?
- Домой, юноша, домой!
- Я м-могу в-вам пом-моч-чь. К-куда вы?
- Неважно. Домой, иди!
- Н-нет! Я в-вам п-помог-гу! Чт-то Вы ищ… Гхм, ищ-щете?
- Не надо. Ты слаб.
- Н-нет! Я… я м-могу! К-куда в-вас от… гхм! От-твест-ти?
Кьярваль колебался.
- … К дому ведьмы. Срочно.
- С-сейч-час! Я п-провед-ду Вас! Ид-демт-те! Вон т-туда!
Старик взял под руку парнишку, весьма ослабшего, но шедшего вперед с таким энтузиазмом, что он компенсировал его физическую усталость. Парочка, насколько им обоим хватало сил, заспешила наверх. Колючий ветер заставлял мурашки бегать по коже, раскачивал пушистые кроны деревьев и загонял все живое по домам. Небо зароптало, готовясь испустить на землю всю свою мощь.