— Например… — внезапно свет дрогнул. Раз. Два.
Синоптик настолько увлекся, что, казалось, не заметил этого, и продолжил уверенным видом:
— В это время людям стали сниться очень масштабные вещие сны. Даже тем, кому почти никогда не снятся сны, ежедневно являлись яркие образы, словно из сериалов.
— Подумаешь, — мужчина отмахнулся, обесценивая происходящее. — Снятся сны, очень реалистичные, но…
Он едва заметно прикусил губу — нервозность начинала давать о себе знать:
— Они были настолько реалистичны, что некоторые, кто падал или ударялся во сне, днём замечали соответствующие шрамы.
Некоторым снились несуществующие миры, которые в итоге оказывались далеко не выдумкой. — Он заострил внимание.
Неприятный холод проскользнул по телу Аэйро. Он схватил лежащий рядом плед и спрятался в нём.
— Одному из учёных приснился жуткий и тёмный мир. После он решил проверить — и мир действительно нашёлся. Другому приснился мир с изумрудным небом разных оттенков. И его тоже нашли. После спада сверхъестественных цифр на градусниках последовал целый месяц круглосуточных дождей, во время которых всё возвращалось в норму. После этого была обычная зима, без мистики.
Мужчина растерял тревогу, оставив лишь хладнокровие:
— Так как таких случаев немного, скептиков очень много. Но люди тех времён отметили, как часто сбываются сны именно этого периода их жизни, и решили создать книгу.
Каждый обращался к инициатору идеи, и тот записал сны, которые были особенно значимыми для будущего мира.
— И как же она выглядит? — прошептал Аэйро, не отрывая глаз. Он вспомнил книгу с бордовой обложкой — вполне возможно, это была она. Книга так и не была показана, а рассказывающий, увлечённый процессом, продолжил:
— Некоторые сны исполнились, а некоторые остались ждать своего времени, хотя не факт, что они вообще сбудутся. — Он выдохнул с облегчением.
Вздрогнув, он ещё раз добавил:
— Последнее, что стоит отметить: если эта история правдива, нас ждёт самая «магическая неделя» в нашей жизни. Каждый сможет почувствовать себя экстрасенсом. Эта неделя станет либо доказательством, либо опровержением. — Он замолчал, с подозрением глядя в камеру.
Ведущий поблагодарил гостя, попрощался и сменил тему:
— На этом всё. Перейдём к другому вопросу нашего шоу. Стоит ли возвращать сезон купания в местных водоёмах, об этом расскажет наш следующий эксперт…
Не дождавшись окончания, Аэйро выключил телевизор.
— Ну это уже не интересно, — подумал он.
Встав и отряхнувшись, он начал сопоставлять
всё услышанное. Внезапная мысль заставила его оцепенеть в холодном поту. В голове возникла фраза:
–Когда зима станет летом, а лето — зимой… Может быть, уже поздно…
Сердце забилось в диком ритме. Он встал, с лёгким покалыванием по телу направился на кухню за водой. Схватив стакан, медленно включил кран.
Шум воды охватил его внимание. Прождав, пока стекёт застоявшаяся прохладная вода, он подставил стакан.
Жидкость в доли секунды заполнила стеклянную ёмкость. Выключив кран, он осторожно отпил успокаивающий напиток.
Эффект не заставил себя ждать: все прошлые симптомы начали исчезать без промедления.
Оставив стакан, он направился обратно в спальню. Но лик из комнаты снова заставил его вздрогнуть, на этот раз ещё сильнее.
Там стоял тот самый странник, который не был его сном. Серый плащ скрывал всё его тело.
Незнакомец, с такой же неожиданностью, как и появился, промолвил:
— Скорее…
И исчез.
Аэйро протёр глаза и осмотрелся. Он решил, что перенервничал, и теперь видит галлюцинации. Глубоко в душе поселилось чувство, будто это предупреждение, и пора действовать.
Лунные лучи ясно дали понять: об этом нужно думать уже утром. Едва стукнув восемь вечера, он начал готовиться ко сну.
Измотанный переживаниями, он нырнул в океан фантазий. Дотронувшись до кровати, ощутил её мягкость, которая растворяла каждую жгучую мысль. Очарование и умиротворение околдовали его.
Тёмное время суток пролетело так же незаметно, как и сон Аэйро. Выспавшись, он бодро проснулся и, не теряя времени, принялся готовиться к путешествию.
С ответственностью он подошёл к сборам. Позавтракав, он устремился за рюкзаком и, завернув в алюминиевую пленку остатки бутербродов, захватил их с собой. Найдя стеклянную бутылку, он наполнил её до краёв свежей водой.
Захватив ещё пару важных вещей, он с лёгкостью утрамбовал рюкзак. Его нахлынуло нежеланное волнение. Предчувствие подсказывало, что он может больше не вернуться домой в том виде, в котором был сейчас.