Боже мой, дай мне сил пережить то, что я натворила, и желание жить дальше.
20 марта
Прости меня, Элли, но я должна продолжать писать тебе. Мне нужно поговорить с кем-то, высказаться. В квартире так пусто и холодно. Раньше я пряталась в самом дальнем углу на кровати в твоей комнате, но после того дня больше не могу туда заходить. Вид детских вещей приводит меня в отчаяние и вызывает ужас. Мне не хочется вспоминать ни о чем. Если бы можно было стереть это из памяти, как оттирают грязное пятно с пола. Аэлла, что же я наделала?! Смогу ли я простить себя? Сможешь ли ты поверить в меня снова и желать, чтобы именно я стала твоим проводником в жизнь? А вдруг в следующий раз у меня снова будет мальчик? У Кристиана ведь единственный ребенок – это сын. Нет, Элли. Теперь я не могу допустить повторной ошибки. Уже завтра я пойду на консультацию в клинику, чтобы мне назначили обследование и на ближайший возможный месяц после восстановления я смогла пройти курс стимуляции яйцеклеток; мы с Кристианом сделаем ЭКО и закажем сразу ДНК-тест наших эмбриончиков, и так мне смогут пересадить первой девочку, тебя, Аэлла. Все должно получиться, нам следует вместе с тобой надеяться на это. Мне нужна новая вера, новая нить, связывающая меня с тобой. Осталось убедить Криса, что это самый правильный вариант. Кристиан… Он снова не вернулся. Я звонила ему вчера. Телефон вновь выключен. Потом пришла СМС, что он обязательно перезвонит завтра. Снова эти игры, и снова в тот миг, когда его поддержка нужна мне больше всего на свете. Я не названиваю ему больше. Это бесполезно. Крис сам объявится, когда ему будет удобно. Мне остается только ждать и приходить в себя после исправления своих ошибок. Элли, я хотела попросить тебя… Приди ко мне, пожалуйста, этой ночью во сне. Я так давно тебя не видела. Мне так нужно взглянуть тебе в глаза, чтобы увидеть в них твое прощение. В своих глазах мне, видимо, его уже не отыскать, а ты мой милый ангел, я знаю, ты еще умеешь прощать и любить, несмотря ни на что.
21 марта
Сегодня я не видела снов.
6 апреля
Аэлла, что происходит?
После нашего последнего разговора Кристиан сказал, что у него появился срочный и важный заказ, ему нужно время сконцентрироваться на нем и он пока не может приехать. Больше недели он вне зоны доступа. С ним никогда такого не было. Его молчание длилось максимум пару дней, потом он внезапно объявлялся и просил простить его. А сейчас целая неделя. Я уверена, что и сейчас с ним все в порядке. Только зачем он так поступает со мной? Неужели короткий разговор на пять минут спугнет его вдохновение? Самое ужасное, Элли, я не знаю, что делать. Могу ли поехать сама к нему? Где я найду его в Лос-Анджелесе? Общих знакомых у нас нет. У меня даже нет телефона ни одного из его друзей. Может, попробовать найти Кристиана через его агента по продаже картин? Как же глупо я буду выглядеть, если подтвердится, что Крис исчез только для меня! Нет… я подожду еще. Он напишет мне, он всегда так делает, с Кристианом все нормально.
А пока мне нужно расслабиться. Не беспокойся, Элли. Я больше не хожу в клубы и не шатаюсь по ночным улицам Манхэттена. Мне нельзя нарушать самоисцеление в этих четырех стенах. Здесь мне лучше. Никто не увидит внезапный поток слез на искривленном сожалением и болью лице. Мои черты в отражении, словно на картине, залиты вязкой жидкостью и полустерты шершавой резинкой от тупого карандаша. Я стараюсь вообще больше не смотреть в зеркало. В нем будто не я, не та девчушка с фотоаппаратом в одной руке и горячим французским круассаном в другой. Что-то надломилось во мне, испортилось и стало гнить слишком быстро. Мне хочется верить, что это временно. Ведь люди переживают в жизни и не такое. Все должно наладиться. А пока… пока мне нужна просто бутылка вина, всего одна. Кристиан всегда предпочитает красное, и можно по пальцам пересчитать дни, когда за ужином его не сопровождали лучшие сорта густого, терпкого итальянского напитка. Я всегда удивлялась, как он, не глядя на упаковку, мог после первого глотка отличить сорт «неббиоло» от «корвины», а «пино нуар» от «санджовезе». Раньше мне были знакомы только на слух мерло, каберне, совиньон и шардоне. А сейчас, кажется, сама могу угадать их все с первых трех капель. Раньше в это время мы грелись с Кристианом под теплым итальянских солнцем; сегодня я прячусь от затянутого пеленой неба Нью-Йорка под матовым потолком своей комнаты.