Я всё ещё молчал. Тогда он разозлился и начал шипеть.
– Но маги Синей Луны всё равно хуже! Те, кому ты продался! Они пытают нас, выведывая слабые стороны наших отцов, а потом приковывают на верхней площадке одной из своих башен, и оставляют до утра. Солнце собирает свою жатву, и даже горсти пепла не остаётся от ушедшего. Мы ненавидим их!
– Ты ещё долго собираешься жаловаться? – спросил я нефилима: я чувствовал, что он лжёт мне. – Что же вы тогда не уйдёте к своим отцам?
Боковым зрением я видел, что зрачки его расширились от ужаса. Он что-то пробормотал себе под нос, абсолютно нечленораздельно, и ускорил шаг.
Как я и предполагал, под песком оказались червоточины подземных ходов, прорытые сильными когтями нефилимов. Тоннели были достаточно высоки, соединяясь в просторные подземные залы. Каменная кладка защищала их от обрушения. Повсюду виднелись маленькие люки, через которые, в случае крайней необходимости, можно было заполнить ходы песком. Обстановка выглядела очень простой – повсюду стояли дубовые гробы, и больше ничего. Никаких украшений. Никаких личных вещей.
Они сидели на полу – мужчины и женщины. Видимо, это и есть древние нефилимы. Они имели болезненно красивые черты лица, отдалённо напоминая виденного мной ангела. У некоторых болтались крылья – но не оперённые, а голые, перепончатые, как у летучих мышей.
Их одежда тоже отличалась простотой. Грубо тканые платья, лёгкая крестьянская одежда без вышивки, никаких изысков. Волосы были подстрижены очень коротко – шевелюра самого длинноволосого едва доставала до середины шеи. Многие брили череп наголо.
Женщина с длинными перепончатыми крыльями, выглядевшая как хрупкий подросток с его искусственной и угловатой красотой, заговорила со мной. Её глаза, однако, были глазами древней старухи.
– Ходящий под солнцем нефилим. Мы слышали о тебе. Ты – чужак. Многие хотели встретиться с тобой и предупредить, чтобы ты держался подальше и от ангелов с их прихвостнями, и от драконов с их последователями. Исходящая от тебя аура Света пугает нас. Ты пахнешь кровью, но в сердце твоём сияют звёзды. Они обжигают. Зачем ты искал нас?
Я улыбнулся ей. Какой бы древней она ни казалась, всё равно я намного старше, и от моих улыбок таяли и не такие девушки. Как я и ожидал, она слегка успокоилась.
– Скажи, как тебя зовут, я представлюсь вслед за тобой.
Она оценивающе посмотрела на меня.
– Меня зовут Феллина, дитя. Мне четыре тысячи лет. Я – самая старшая из тех, кто остался.
Я выпрямился и пристально посмотрел на неё. Она несколько сжалась, обнажив свои когти.
– Чадо, ты ошибаешься. Мне более десяти тысяч лет. Меня зовут Аэсолли Элур. Запомни это имя.
Нефилимы зашипели, как рассерженные кошки. Феллина была потрясена.
– Так… так много. Ты точно не сын ангела! Откуда ты взялся?
– У меня есть встречный вопрос. Как убить ангела?
Наступила гробовая тишина. В этой тишине одиноким было биение моего собственного сердца.
– У него бьётся сердце! – завопил один из них.
– Давайте съедим его!
Ожидая нечто подобное, я приготовился к драке. Давно пора немного размяться.
Первый нефилим прыгнул на меня со спины, и я просто перебросил его через плечо, попутно сломав ему руку. Второй попытался скогтить мои ноги, и получил кулаком в глаз. Подпрыгнув в воздух, я мгновенно оценил обстановку, перегруппировался и мягко опустился на ноги, присев на одно колено. Мои рефлексы обострились. Нефилимы двигались очень медленно, делая долю движения на один-два удара моего сердца. Мощным апперкотом в челюсть я поверг мальчишку со светлыми волосами и горящими алыми глазами, попытавшегося вцепиться мне в горло. Девчонка ненамного старше него пнула в то место, где терцию секунды назад находилось моё лицо – я ловко перехватил её ногу, перекувырнул в воздухе и бросил об стену. Она упала смятой грудой костей и больше не шевелилась. Такой удар не мог убить её, скорее всего, она просто потратила много сил. Этот нефилим будет лежать здесь и медленно регенерировать.
Кто-то впился клыками в мою шею. Прежде, чем он начал пить мою кровь, резким ударом назад я пробил его грудную клетку, сломал позвоночник, стиснув его в кулаке. Нефилим обмяк, глаза его потускнели.
Как ни странно, в горячке боя я успел заметить, что самые древние вампиры не вмешиваются в нашу схватку. Казалось, они оценивают мои силы. Я бы поступил точно так же – очко в их пользу.
Тут одновременно пять нефилимов взмыли в воздух, и я решил, что с меня хватит. Обняв пустоту и сотворив меч из Света, я очертил им полукруг. Нефилимы отпрянули, закрывая опалённые глаза. Послышались дикие вопли на одной протяжной ноте. Даже древние испуганно шарахнулись от меня.
– Убери! Убери! – закричала Феллина. – Мы не будем больше нападать, только убери это!
Несколько томительных мгновений я выжидал, затем отпустил пустоту и погасил сияющий клинок. Послышался общий сдавленный вздох. Кто-то откровенно рыдал, видимо, предчувствуя свой конец. Рядом со мной осталось лежать тело убитого мной нефилима. Возможно, он оживёт дня через два. Я решил не рисковать, наживая персонального врага, а просто призвал стихию огня и сжёг его дотла. Они следили за мной со всё возрастающим страхом.
– Не думала, что мы сами же пустим в наше убежище мага Света, – дрожащим голосом сказала Феллина. – Оставь нас, пожалуйста. Мы больше никогда не приблизимся к тебе.
Зловеще глядя ей в глаза, я неторопливо покачал головой.
– Твоё племя так легко от меня не отделается. Вы первыми нарушили перемирие, и это не останется безнаказанным. Вы будете повиноваться мне.
Что-то в моих глазах подсказало ей, что я не шучу. Она покорно опустилась предо мной на колени, сложив руки на груди. Остальные последовали её примеру. Кто-то всё ещё продолжал рыдать. В пылу сражения я и не заметил, какие толпы набежали посмотреть на этот бой. И все они были покорны.
– Вы пойдёте за мной, когда я призову вас. Вы не предадите меня. И, самое главное: вы будете сражаться со мной против ангелов.
Уходя от них во тьму, я услышал странный звук. Он напомнил мне крик смертельно раненного волка.
Глава 19. Боль и страдание
Pain and Sorrow
С тех самых пор, как я почувствовал в себе Свет, магия Синей Луны покорилась мне. Заклинания давались легко, и мне казалось, что я добрался до самых высот волшебства. И это на самом деле было так: заклятья, на которые у других уходили долгие годы упорных тренировок, получались у меня с первого же раза. Я начал ощущать магические потоки, струящиеся по миру. Свет танцевал во мне, и я чувствовал мир во всей его целостности. Кто-то мог сказать, что я достиг гармонии, но вот это как раз было не так: разлом во мне увеличивался с каждым прожитым мгновением. Я стал бояться собственных снов – в них тьма поглощала мою душу. Вот так я обрёл свой персональный ад.
Я постоянно слышал какие-то шепотки, шорохи, тени двигались, пока я не смотрел на них, но мир приобретал знакомые черты, стоило лишь мне обернуться. Что-то происходило во мне. Ни секунды я не пребывал в состоянии спокойствия.
«Он не может обуздать свою жажду…»
Маги, встречавшиеся в коридорах башни, испуганно шарахались от меня.
«Какая страшная аура…»
Схватившись за голову, я высунулся из окна. Мои глаза покраснели, всё почему-то плыло и двоилось. Пошатнувшись, я вывалился из окна. Падение было долгим, ведь я находился высоко над землёй. Ещё в середине полёта я потерял сознание.
«Мы разорвём тебя в клочья….»
Я лежал на спине и смотрел в разверзшиеся кровавые небеса. Сверху на меня воззрились миллионы чудовищ. Их когти тянулись ко мне, их клыки рвали мою плоть. И почему-то было очень тихо.
«Тьма моего сердца поглотила меня…»
Картинка расплылась и мигнула.