– Прости, милый, но ведь Чёрный Король прав. Зачем тебе внешний враг, когда твои химеры едят тебя изнутри?
Король тает в моих объятиях, как мокрый снег, стекая к ногам прозрачной лужицей и тут же испаряясь. Шутки мироздания. Шути, пока ещё можешь шутить. И шш-шу, шу-у, шших-шиих.
Палая листва под моими ногами шуршит. Я пинаю её своими прорванными ботинками. Кристаллики льда приятно хрустят. Если бы я был здесь завтра, то увидел бы дивный райский сад, но теперь здесь только развалины.
Мой фонарь освещает зияющий в земле провал, и я мгновенно отскакиваю в сторону – не хочу заразиться очередной безумной идеей. Я обхожу провал по длинному радиусу, и выхожу прямо на набережную.
Небо потонуло в воде. Лёгкие озёрные волны облизывают щербатые губы берега. Они оттачивают своё мастерство, ограняя песчинки, наполненные Вечностью, и осколки чьих-то мечтаний.
Медленно перетекаю в положение сидя. Моё безвольное тело обнимает себя руками за колени. Я начинаю раскачиваться в такт музыке волн. Волны поют песню: одинокая чайка заблудилась в небесах, запуталась в мокрых сетях облаков, и камнем рухнула на землю. Мёртвая, как и всё мироздание. Все мы сделаны изо льда, стекла и камня. Только звёзды были сотворены из перьев и чешуи. Но и те – сгорели.
Вместо снега с небес сыпется чёрный прах. Мгновенно запорошило всё вокруг. Я начинаю задыхаться, и поднимаю фонарь повыше. Духи внутри беснуются, отпугивая небесных демонов. Мои демоны никогда не позволят другим демонам занять своё место.
Отряхиваю штаны и смотрю в небо. Вновь, как ни в чём не бывало, идёт снег. Иногда мне кажется, что эти фокусы сведут меня с ума. Что оно вытворяет…
В лесу ещё тише и спокойнее. Здесь можно не бояться демонов, тут обитает концентрированная пустота. Демоны боятся такой пустоты. Я ложусь под дуб, лениво наблюдая, как вызревает жёлудь, и обращаю свой взор к небесам. В мои глаза падает снег, он тает прямо на роговице, это очень неприятно, но я терплю. Мёртвым должно быть всё равно, и я тоже обрету равнодушие. Фонарь в левой руке постепенно тускнеет. Духи засыпают. Свеча, напротив, разгорается всё сильнее, но света она не даёт. Горение в себе. Может, ты всё же поделишься со мной, или я для вас уже всего лишь мёртвая материя?
Этот фонарь не принадлежит мне. Когда-то придётся отдать его. И он останется, а я уйду.
Я лежу, раскинув руки в траве. Небо провисает надо мной, как дуга. Если я захочу, я смогу языком достать до его поверхности. Хрустальные сферы нынче не звенят. Резко выбросив руку вверх, я успеваю пробить дыру в небе, до того, как оно резко возвышается. Сквозь дыру в небе видны осколки звёзд. Кто-то разбил их, думая, что вещи умирают на счастье. Но ведь это же не так. Когда разбивается чашка, сущность её, отрываясь призрачной плёнкой, провисает и калечится, а потом медленно истаивает. Так идеи отходят в мир иной.
Звёзды больше не хотят превращаться в драконов. Почему-то теперь я понимаю их равнодушие. Они устали от жизни, поняв, что из этой карусели всё равно не выбраться. Теперь они медленно умирают, прогорают, как моя свеча. Та звезда, что послужила мне скорлупой, давно уже отжила своё, превратилась в пепел, в прах, который мироздание угодливо и насмешливо швырнуло мне на голову несколько тысяч лет назад.
Рывком поднимаюсь на ноги, сильно злюсь на себя. Фонарь исчез во время моего сна наяву. Кто я теперь, без него? Снег усиливается, на моей голове образуется снежная тонзура. Мои длинные серебряные волосы перестали источать тепло. Теперь я мёрзну.
Я отправляюсь на поиски фонаря. Проходит время. Я ровно киваю ему в ответ на его приветствие. Мне придётся забыть о своих разногласиях с ним, и попросить помощи. Время неопределённо кивает на пространство. Пространство мрачно всучивает мне фонарь. Его опять унёс ворон.
Нечего делать. Я бреду по пустынной мостовой, протягивая руки навстречу прохожим. Они стараются не замечать меня. Никто не смеет смотреть мне в глаза. По обыкновению, люди боятся той пустоты и одиночества, которыми наполнены до краёв. Их глаза крепко зажмурены, клетки сердец плотно закрыты. Сквозь прутья медленно вливается чернильно-чёрная тягучая мгла.
Сделав несколько шагов, я останавливаюсь. Жаль. Когда-то моё движение на месте прервётся навсегда.
И лишь тихий далёкий огонёк пытается развеять мрак, навалившийся на меня. Теперь я понимаю, что оказался в сердцевине своей чёрной дыры. Огонёк медленно приближается. Оказывается, это девушка с тёмными волосами и ореховыми глазами, облачённая в белый саван, несёт в ладонях маленькую свечку.
– Кто ты? – спрашиваю я, но она начинает тихо плакать и убегает.
Резким рывком вынырнув из забытья, я понял, что отключился в эпицентре битвы. Кругом мелькали огненные шары, взрывались змеи молний, часть зала оледенела, другая полыхала. По всей видимости, здесь собралась вся моя армия, прибыли не только дезертиры-нефилимы, но и драконье племя.
Резким рывком поднимаюсь на ноги, нахожу Меч, и тут вижу, что Альберт отчаянно жестикулирует мне, показывая на Эталя. В ярости, я разгоняюсь до третьей космической скорости, но он успевает выхватить свой клинок. И тут Альберт совершает неожиданный для меня поступок. Он бросается на ангела сзади и кусает его. Этого времени мне хватает для того, чтобы насадить Эталя на свой клинок.
Глаза его тускнеют.
– Слишком много лет я грешил и страдал, слишком много миллиардов лет, – говорит он, осыпаясь дождём радужных осколков.
Иирис, подбежавшая к нам, вновь выглядит как моя прежняя милая девочка. Её глаза стали карими, а волосы обрели ореховый оттенок. И тут она закричала от страха и стыда, ибо её прекрасное платье начало таять на глазах, обращаясь клубами тьмы. Я немедля прикрыл её своим плащом, никто не имеет права видеть мою наречённую обнажённой, кроме меня. Альберт заметно помрачнел, но тут увидел лукавую улыбку Карейсы, и словно заново расцвёл.
Тень моя, вытянув длинные когти, выросла до потолка, став непроницаемо густой и чёрной. Кажется, глаза загорелись демоническим пламенем, а взявшийся невесть откуда порыв ветра взметнул волосы.
Отвешивая шутовские поклоны, ангелы уходили в зияющие меж мирами дыры, и их отрывистые смешки долго ещё витали в стенах залы.
Я поцеловал мою сладкую Иирис, и Альберт даже не взглянул в мою сторону. Эти двое, рука об руку, куда-то уходили сквозь новый портал. Бросив на Иирис прощальный взгляд, Альберт кивнул мне, и портал скрыл от моих глаз его слегка иронический взгляд.
Послышался странный шум – то ли вздох, то ли шорох. Обернувшись, я увидел, что вампиры и нефилимы встали предо мной на колени и даже гордые драконы склонили свои головы.
Не думал, что день, когда мы с возлюбленной взойдём на престол, будет таким сумбурным. Всё-таки, день коронации и свадьбу совмещать нельзя. Я ведь сегодня чуть не умер, не говоря уже о том, что даже не выспался.
Глава 31. Эпилог
Epilogue
– Всё же этот мир мне больше по душе, чем тот. Одна Луна меня вполне устраивает, – сказала Карейса, наматывая прядь волос Альберта на палец.
Альберт, словно большой довольный кот, возлежал у неё на коленях, сыто жмурясь. Его одержимость Иирис прошла бесследно, и пришёл черёд ровного и спокойного чувства.
– В этом мире последние вампиры – мы, – промурлыкала Карейса, и жадно приникла к шее возлюбленного.
– И в наших интересах не создавать новых, – ответил он.
– Конечно, милый, – кротко согласилась вампиресса. В уголках её глаз плясали задорные искорки.
***
Добрый день, мои дорогие читатели!
Спасибо, что были со мной до конца книги. Надеюсь, вам понравилось
Хотите ли вы продолжение?
Я буду очень благодарна, если вы поставите лайк, добавите в библиотеку и напишете комментарий.
Хорошей недели!