— Да мы и так лежим, кретин, — ответил голос под ногами. — Помоги выбраться!
Двое мужчин извивались под сеткой, пытаясь выбраться. Третий лежал и охал, держась за голову. Рядом лежал пистолет, использованная свето-шумовая граната, разбросанные купюры и много, много наркотиков.
— Все ко мне! — крикнул своим подопечным, ногой отодвигая пистолет от раненого. — Включить фонари. Адам, вызови скорую, Сандер, звони в участок, этих — в наручники. А вы, господа пострадавшие, задержаны по подозрению в незаконном обороте наркотиков. У вас есть право…
— Пошел ты! — послышалось с пола.
— Как угодно, — безразлично ответил я.
Вышел из комнаты, и вдруг на меня из-за угла вылетел испуганный парень. Он был одет в черное, как тот мужчина на полу, видимо охранник. Он не хотел нападать, напротив, весь его вид просил о помощи.
— Полиция! Вызовите полицию! — Он схватил меня за рубашку и тряхнул.
— Руки убрать, — громко скомандовал я. — Ты же охранник, почему в клубе такой бардак? Отвечать! — решил поиграть в начальника, раз все равно вокруг полный хаос.
— Сначала крики в зале, какая-то драка, потом свет выключился, а там и выстрелы, — затараторил горе-секьюрити. Он явно тут новенький, судя по нервному состоянию, которого у привычного человека быть не должно. В этом клубе постоянно что-то да случается. — Яиспугался и спрятался у запасного выхода. А там она!
Его глаза все больше вылезали из орбит. Видно было, насколько сильно «она» его ошарашила.
— Кто «она»? — заинтересованно спросил.
— Она, она! — Охранник показал пальцем в коридор, ведущий вглубь клуба.
Все становится еще интереснее.
— Понятно, вы задержаны для дачи показаний как подозреваемый в угрозе человечеству посредством своей трусости и глупости, — безразлично вынес вердикт, заметив, что никто меня уже не слушает, лишь трясется как осиновый лист. Кто взял его на работу вообще? — Посторожите его, — попросил своих ребят, — и приведите в чувство.
Ребята вокруг меня улыбнулись и тут же окружили перепугавшегося парня.
Я же поковылял к коридору, откуда и выскочил испуганный охранник. И вправду тут слишком темно, чтобы толком что-то разглядеть. Не удивлен, что он был несколько дезориентирован. Но я все же дошел до конца, подсвечивая себе фонариком телефона, и увидел, что дверь запасного выхода приоткрыта.
Выглянул на улицу, но там уже никого не было, только моя машина стояла, будто меня ждала. Осмотрел всю стоянку на всякий случай, но большинство автомобилей уже испарились кто куда — посетители клуба явно не хотели здесь оставаться после стрельбы. Однако я все же увидел двух скейтбордистов метрах в тридцати. Но они быстро удалялись.
Прищурился, пытаясь рассмотреть их лучше. Один из них был в колготках и… Да это же та девчонка из клуба!
Хмыкнул, покачав головой. Понятно, чем был шокирован паренек — я на себе испытал ее «любовь», если можно так сказать.
Быстро, как мог, добрался обратно в клуб, двоих из команды отправив на улицу, чтобы помогли там девчонкам, ответственным за эвакуацию пьяных посетителей. Надеюсь, разбежались не все. Остальным указал оцепить периметр и никого не пускать до прибытия полицейского наряда. Я же поторопился в машину — надо догнать этих ребят на скейтах. Не уверен, но почему-то мне кажется, что не обошлось без этой скандальной девицы.
Глава 8
Мартин
— Я на месте, проверим связь, — сказал я, подходя к клубу с черного хода.
— На канале, — отозвался Рик.
— Слышу, — ответила Робин.
Эта операция хоть и планировалась нами довольно давно, но собираться пришлось слишком быстро, так что часть задуманного пошла не совсем по плану. Например, наша Робин вместо обольстительной красотки получилась слегка кривой пьяненькой девицей благодаря поспешному макияжу, так что теперь ей предстояло отыграть именно это амплуа.
— Кто-то припарковал машину прямо около выхода. Отлично, с улицы меня видно не будет. Оставлю скейтборды за мусорными баками. Никогда бы не подумал, что от них может быть такая польза, — посмеялся я. — Как дела в клубе?
— Камеры подключил на себя, теперь я вас вижу, общая запись больше не ведется. В самом кабинете камер нет, но у двери двое охранников. На фейсконтроле один бугай, в зале около бара еще один и все, больше никого не вижу, — отчитался Рик, наверняка как обычно внимательно все оценив, прежде чем сообщать нам. Он всегда был гиперответственным.