Сердечно распрощавшись с архивариусами, я покинул архив. Вопросов было найдено больше, чем ответов.
Вечер я провел в небольшой гостинице у дороги, переодевшись в кожаные одежды наемного борца. Опять же, из-за крупного телосложения в этом наряде я смотрелся органично.
Еще до восхода солнца я покинул Орик. Мой путь лежал дальше на юг, вглубь провинции. Я решил добраться до того места, где располагались владения Помпы. День, два пути и я буду там. Сомневаюсь, что мне удастся вызнать что-либо на месте, но попробовать стоило. Да и прогулки по дорогам Империи были одним из моих излюбленных увлечений.
Ночуя в придорожных трактирах, я, не спеша, продвигался к своей цели, попутно вызнавая текущие сплетни. Казалось, что ничего интересного в Империи не происходит, торговцы обсуждали упавшие цены на зерно и подорожавшие специи, странствующие ремесленники обсуждали тонкости своей работы, а редкие бойцы-наемники обменивались грубыми шутками. Ничего не значащая информация, которой цена две медные монетки. Но все равно опытным взглядом я сумел в одном трактире узнать своего, скажем так, коллегу. Не зря же у нас шутят — Император слышит каждый чих.
Этот молодой парень не обратил на меня никакого внимания, для него я оставался простым воином, идущим по своим делам. Для закрепления эффекта я уселся играть в кости с компанией подвыпивших рубак. Немного погодя мой неплохой выигрыш был отмечен хорошей дракой, естественно, и в драке я вышел победителем.
Чудное развлечение, которым любят предаваться детишки нашей измученной богатством знати. Это нельзя сравнить даже с тотализатором на скачках, смею заметить.
Подняв, таким образом, настроение, я, насвистывая фривольную песенку, двигался на юг. Имперская дорога прямой лентой стелилась мне под ноги, и казалось, что сами камни подталкивают меня идти вперед. Я намерено не стал тратиться на покупку полудохлой клячи. Мне нравится путешествовать налегке, а за лошадью нужен глаз да глаз, особенно зимой. Зимы в Норсерте были мягкие, но без штанов, сапог и теплого плаща нельзя почувствовать себя комфортно. К счастью, снега практически не было и ничто не мешало мне наслаждаться дорогой.
На одной из развилок у приметного путевого камня, я свернул. К любой имперской дороге примыкали многочисленные притоки-тропинки, нахоженные жителями близлежащих селений. Местность, где в былые времена находился дом Помпы, до сих пор оставалась аграрной. Небольшие города появились лишь у одной из рек, по ней перевозились вино и гончарные изделия.
Говорят, в Норсерте торгуют даже воздухом, и это было так. У каждого путевого столба неизменно сидел высохший старик или бойкий мальчишка, пытающийся всучить мне или амулет от всех болезней, или чудеснейшую раскрашенную свистульку. И чем ближе я подбирался к селениям, тем больше этих настырных торгашей мне попадалось. Зимой деревенский люд внезапно преобразовывался в ушлых купцов и торговцев.
К счастью, и поговорить эти доморощенные торговцы любили. Некоторые сведения оказались весьма любопытны. Как я и предполагал бывшие владения Помпы частично перешли в собственность имперской бюрократии, а частично были поделены меж добрыми соседями. Но вот уже сотню лет земельные споры не утихают, людям всегда мало и они готовы схватиться за оружие, желая хапнуть кусок пожирнее.
А недавно споры разгорелись с новой силой, протекающая поблизости речка обмелела, и в ее русле образовалось множество островов. И, конечно же, эта река была границей владений двух старых семейств. По имперским земельным законам в таком случае острова делятся поровну между собственниками, но кто удовлетворится половиной, когда можно взять все? Конечно никто. Споры не утихают уже десятилетие, а острова так и не поделены.
Что это могло значить? Для меня ничего, но не стоило забывать, что и эта река и окрестные земли принадлежали Помпе. Посетить что ли этих спорщиков?
Для посещения я нацепил на себя личину магистрата-землемера, прибывшего из столицы, оба семейства были рады использовать меня в своих спорах. При мне были все необходимые инструменты, сотканные из магии, мой маскарад не вызвал подозрений. Я не особо пытался понять аргументы противоборствующих сторон и быстро добился от них разрешения посетить острова. Запомнил я только имена спорщиков и "партии", к которым они принадлежали.
Власть в регионе была поделена между множеством семейств, которых можно условно разделить условно на торговцев и землевладельцев. Над этими противоборствующими фракциями стояло несколько независимых богачей, которые гнули свою линию, сохраняя видимый нейтралитет — Каний Корса, Валерий Луцилий, например.