- Таким наглым ты раньше не был, – Она посторонилась. – Люди меняются.
Я улыбнулся и прошел. Маленькая тесная кухонька, стол, два стула, и окно с видом во двор.
- Какой кофе будешь? – Спросила она. – С молоком?
- С молоком, – Рассеянно ответил я. – Как Новый год?
- Никак, – Настя грустно улыбнулась. – Как всегда надеялась на деда Мороза, но…
- Но пришел я, – С усмешкой я ей ответил. – Правда побрился, и костюм сменил, но уж какой есть.
- А подарок принес? – Настя задорно на меня посмотрела. Я увидел маленькие квадратные бумажки на столе, такие обычно вешают на холодильник и оставляют там записки.
- Скоро будет, – Я взял одну из бумажек, пальцы привычно начали начали загибать уголки.
- Твой кофе, – Настя протянула мне чашку и села напротив.
- Ммм, – Соврал я. – Как вкусно.
Настя отпила из своей чашки и кивнула в знак согласия.
- Почему ты не любишь чай? – Спросил я ее.
- Откуда ты знаешь? – Настя удивилась.
- Ира рассказывала. Говорит, ты его вообще не переносишь. Хотя обычно такое с кофе бывает, – Коротко рассказал я.
- Не знаю, - Настя на секунду сморщила брови.
- Больше никогда так не делай, - Мой голос зазвучал поучительно. – А то скоро потолстеешь.
- В смысле? – Не поняла она.
- Морщинки появятся. А это лишние килограммы.
Настя улыбнулась. Я сделал из чашки еще один глоток, и в который раз оглядел кухню. В чем прелесть старых домов – кухня была проходной. И из нее вела дверь в другую комнату через маленький коридорчик. А в коридоре какие-то рамки. Может, картины?
Настя увидела мой взгляд.
- Детская привычка вешать туда что-то, - Пояснила она.
- Можно посмотреть? – Особо ни на что не рассчитывая, спросил я.
- Конечно, – Легко согласилась Настя.
Я положил сделанного из бумаги журавлика на стол, прошел и начал смотреть. Рамки висели по высоте, около самого пола и все выше, почти до потолка. Я присел на корточки. Самая первая и самая низкая – картина. Натюрморт. Фрукты, кувшин, вода.
- Мне было девять лет, когда я это нарисовала. И заняла с ним третье место на конкурсе. Моя первая почти победа, - Настя с улыбкой рассказала.
- А это? – Я посмотрел на следующую картину. Свастика перечеркнута двумя красными линиями и неуверенной детской ручкой подписано – «ЭТО НЕ ДОЛЖНО ПОВТОРИТЬСЯ», – Нет слов. Сильно, – Я был потрясен.
Настя улыбнулась.
- Пятый класс. Был конкурс, посвященный победе во Второй мировой. И сказали нарисовать что-нибудь патриотическое. Я не придумала ничего лучше, но учительница меня раскритиковала и подняла бучу. Там, в уголке, мне стоит жирная двойка. Она сказала, что я расту глупым и тупым ребенком, и должна была нарисовать что-нибудь хорошее, а не всякую ерунду. Битву под Москвой или Парад Победы. Своего дедушку - ветерана, в крайнем случае.
Я потрясенно молчал. Как по-идиотски.
- А почему к нам перевелась? – Спросил я, смотря другие картины.
- Меня почти выжили из класса. Когда заканчивали восьмой, я сдала лучше всех итоговые контрольные и стала лучшей ученицей. И в начале девятого меня все ненавидели, особенно учитывая то, что за учебниками я не так часто сидела. Вот и перевелась к вам.
- Веселая у вас школа была, – С долей иронии заметил я, рассматривая грамоты за победы на соревнованиях по волейболу.
Возникло минутное молчание.
- Я помню твои слезы, когда вы досадно проиграли, – Тихо сказал я, вспоминая школьный финал 10 класса среди 9-11 классов. Второе место по школе.
Настя грустно посмотрела в сторону.
- Проиграли из-за меня ведь! – Она хотела еще что-то сказать, но я ее перебил.
- А по мне, ты была лучшая. А твои подачи, которые никто не мог взять, которые ты подавала левой рукой?
- Хотя я правша, – Настя засмеялась. – Неужели ты помнишь?
- Я же на все твои игры ходил, – Ответил я. – А что это?
В конце стены, там, где не было обоев, были следы рисунка. Прямо на стене. Очертания лица, не более. Кисточка, краски лежали рядом. Видно, что рисовали недавно.
Я сел поближе, чтобы получше рассмотреть. Настя присела рядом.
- Попытка автопортрета, – Объяснила она. - Я так и не стала его рисовать. Только очертния головы и волосы.
- Знаешь, – Сказал я, беря кисточку в руки и открывая краски, начиная их неумело смешивать. – Мы всегда чего-то не можем забыть в близких нас людях. В тебе я никогда не смогу забыть вот этого.
Я провел кисточкой и нарисовал конторы губ и дуги ресниц.
- Никогда не забуду, – Я отвел глаза от глаз Насти и посмотрел в открытую комнату. На шкафу, сбоку, я заметил стеклянные полочки. А на них то, что дорого каждой девушке, какие-то безделушки – духи, браслетики, фотографии, брелки, билеты из кино, заколки и многое другое. И среди них я увидел фигурку. Фигурку оригами. Птичку - Пахариту.