Слушая новоявленного «бизнесмена», я вдруг почувствовал, что нечто находящееся где-то в глубине души противится этим рассуждениям. У нас в семье всегда считалось постыдным что-то перепродавать или вообще заниматься спекуляцией. Мои родители, да и я всегда как бы гордились тем, что жили честно, на заработанную копеечку… Но вместе с тем всю жизнь жить в долг тоже не очень приятно…
На эту тему мы немного подискутировали с моим приятелем Володей, и в конце концов оба пришли к выводу, что заниматься такими делами мы не сможем. Во-первых, потому, что этому противится наше естество: то, что мы, а вместе с нами и миллионы выросших в простых рабочих семьях сверстников, впитали в кровь вместе с молоком матери, вместе со сказками, с книгами о смелых и великодушных людях, которые нас воспитывали. Это шло вразрез с понятиями о чести и достоинстве офицера, оперработника. Ну а во-вторых, мы просто не сможем, ну нет у нас этой жилки — хоть убей!
На этом и порешили.
Глава 16. Однажды мы выехали на рекогносцировку…
Однажды мы выехали на рекогносцировку на двух машинах. Дело было 5 августа.
Вот уже неделю местные держали пост — был мусульманский праздник Рамазан (некоторые называют — Рамадан, Ураза, но это сути не меняет). Весь этот праздник — он длится около месяца — мусульманам нельзя от восхода до захода солнца есть, пить (не только спиртное, но и воду!), сморкаться, плеваться, вступать друг с другом в интимные отношения и так далее. Это время они должны вроде бы проводить в частых молитвах. Правда, есть послабления для малолетних детей и беременных женщин. А еще — для тех, кто путешествует, то есть находится в пути, и кто ведет боевые действия. Последние как бы приравнивались к путешественникам. Правила жесткие, но большинство местного населения, по крайней мере на людях, их придерживалось. И все дожидались вечера, захода солнца, когда можно будет наесться за весь день воздержания. Тут уж шел пир горой! С песнями и плясками. Спать ложились, естественно, поздно, поэтому в течение дня все ходили сонные, квелые и злые.
Нас предупредили, что в городе набирают силу антисоветские настроения, да и вообще на всех иностранцев, которые не держат пост, местные смотрели с раздражением. Их можно понять: конечно же обидно! Поэтому нам было рекомендовано в городе, на виду у афганцев, не есть, не пить, не курить. Ну что же, сказано — сделано. Еда, питье и курево, конечно же, могут подождать. А что касается сексуальной стороны вопроса, то мы и так воздерживались за неимением объекта приложения усилий, а также потому, что советскому человеку не к лицу изменять жене, тем более в тревожных условиях заграницы. «Изменяя жене, ты изменяешь Родине!» — любил повторять один из начальников курса в Высшей школе полковник Панкин.
Так что мы вовсю воздерживались, чтобы не задевать религиозные чувства местных граждан.
В этот раз мы прорабатывали маршруты возможной эвакуации сотрудников посольства и торгпредства в аэропорт. Предполагалось, что это будет колонна, состоящая из автобусов и грузовиков в сопровождении нескольких единиц бронетехники. Надо было разработать основной и несколько запасных маршрутов, проработать параллельные направления движения на случай возможных засад, массовых скоплений людей и так далее, определить наиболее опасные участки, расписать секторы наблюдения и обстрела, прикинуть возможные действия передового дозора, группы обеспечения безопасности колонны, группы прикрытия и прочее. Проработка маршрута — занятие хлопотливое, трудоемкое, требующее большого внимания к мелочам и деталям. Тем более, случись что — нам самим придется сопровождать и обеспечивать эту колонну. Кстати, одновременно мы прикидывали и обратные маршруты: из аэропорта к посольству и к важным правительственным объектам. Это — на случай высадки наших войсковых подразделений, которые в грозный час прилетят нам помогать.
У всех еще свежо было на памяти то, что произошло весной этого года в Герате, когда местные маоисты взбунтовали жителей города и афганские воинские части. Была крупная пальба, солдаты перебили своих командиров и политработников. Тогда же погибло несколько наших специалистов и советников. Говорят, что их растерзали буквально по кусочкам (о, добрый, веселый и трудолюбивый афганский народ!). Об этих событиях мне как-то рассказывал один военный советник, который был в Герате в то время. По его словам, от неминуемой и жуткой смерти многих наших специалистов тогда спасли какие-то специально обученные советские офицеры, которые перебили кучу повстанцев и на бронетехнике вывезли всех в Гератский аэропорт. А там уж они держали оборону до подхода верных правительству частей. Потом кто-то говорил, что это якобы было одно из первых боевых крещений за границей ребят из спецгруппы «А»…