— Странно. Даже бумаги не убрали. Приход, уход. — Сказал Савельев, перелистывая тетрадь.
— А нам от вас скрывать нечего, начальник. — ответил ему Феликс.
— А там что? — Савельев указал на внутреннюю дверь.
— А там сейф с оружием. — Со спокойным голосом вновь ответил Феликс.
— С каким ещё оружием? — Удивился Савельев.
— С оружием для утилизации с расформировывающихся военных частей. У меня есть все документы. Разбираем, переплавляем. Всё законно.
— Открывай! — Скомандовал Савельев.
— Пфф. — Фыркнул дед. — Режь. Неделю будешь резать. Я открою только с разрешением суда!
— У меня уже есть это разрешение, иначе меня бы тут не было. — Ответил Савельев, теряя терпение и открывая свою папку с документами.
— На основании чего было выдано это разрешение? На основании предположений какого-то мальчишки? Я же засужу тебя, Савельев.
— Открывай давай. Засудит он… Права мне ещё тут качает. Режь. — Режь, скомандовал Савельев одному из своих подчинённых.
Дед немного помялся, потом достал ключ, висящий у него на шее на большой золотой цепочке, и открыв замок, отошел назад, указывая жестом, что Савельев может сам повернуть большой зелёный вентиль, раздвигающий внутренние засовы. Савельев так и сделал.
Это было огромное помещение, в несколько раз превышающее помещение прихожей, полностью заставленное ящиками и стеллажами с оружием.
— Что это, бля? — Удивился Савельев.
— Склад с оружием, подлежащим для утилизации. Все документы в порядке. — Ответил старик Феликс.
— Гога, ты там? — Крикнул Савельев в зал оружейной, но ответа не последовало.
— Опечатать бункер до проведения расследования и инвентаризации. — Сухо скомандовал Савельев.
***
В этот день Савельев обыскал каждый уголок мусороперерабатывающего завода. Он сам лично собранными из подручных средств багром, и загнутым из арматуры гарпуном проверял ямы с ассенизаторскими отходами. Он обыскал каждый дюйм в поисках свежевыкопанной земли, но всё было напрасно. Он даже приказал остановить работу печи сталиварни и хотел залить её холодной водой, но ему не позволили, сославшись на возможную порчу дорогого оборудования. Он тем же гарпуном из арматуры, закрываясь курткой от жара, разгребал раскалённый пепел, но всё было напрасно. Ни Гоги, ни наркотиков и ничего запрещённого, кроме оружия, законность которого ещё предстояло выяснить, на складе найдено не было. Дав ориентировку на поиск пропавшего сотрудника, Савельев вернулся домой. Елены ещё не было.
В этот вечер она вернулась домой позже обычного. Савельев, сидя на кухне, выстраивал на листе бумаги какую-то схему, где на вершине отчерченной им пирамиды была надпись «Афганец = Голованов». Следом отходившие вниз стрелочки указывали на Феликса, который был указан на схеме как «Старик = Склад Сиверский», «Плеханов = Порт Усть-Луга», «Петренко = Порт Махачкала», «Грузин = грузоперевозки СПб».
Даже ближе к ночи Гога так и не объявился, но в голове у Савельева крутились слова из телефонного разговора: «Выезжали вообще из Сиверского, там, где мусороперерабатывающий завод. Оттуда брали товар на обмен. Обмен состоялся, теперь должны привезти груз Афганцу».
— Оттуда брали товар на обмен, — повторил вслух Савельев и, отведя от Сиверского новую стрелочку вниз, подписал: «Машины = оружие в Таджикистан».
«Старик Афганцем быть не может, он в Афгане даже никогда не был. Значит, товар был не ему, а должен направиться кому-то ещё. А вот остальные фигуранты служили там во время Афганской вместе с Головановым», — рассуждал Савельев.
Он собирался выстраивать схему дальше, но, услышав щелчки дверного замка, сложил листок и, придавив его пепельницей, направился в сторону входной двери.
— Ты где так долго была? — Грозно спросил Савельев.
— У Володи Голованова. Занималась с Яссой. — Спокойно ответила Елена, снимая с себя куртку.
— Я запрещаю тебе видеться с Головановым. Он бандит. — Заявил Савельев.
— У тебя все, кто зарабатывает больше тебя, бандиты и воры. — Отмахнулась от него Елена, убирая куртку в шкаф.
— Мы сегодня проводили обыск у одного из его шестёрок, куда по наводке моего сотрудника должны были доставить наркотик.
— Нашли? — Так же сухо и равнодушно спросила Елена.
— Нет пока. Но обязательно найдём. Пятнадцатого ноября в порт Усть-Луга прибывает его корабль из Пакистана. И там точно не сухофрукты! Я на сквозь его просвечу. Каждый угол обнюхаю. Я даже из Москвы аппаратуру специальную заказал.