— А если и там ничего не найдёшь, подбросишь, как те ГАИшники моему сыну? По-твоему, он теперь тоже преступник и наркоторговец? — Выпалила Елена.
— Ты-то откуда об этом знаешь? Мы же договорились с Володей ничего тебе не рассказывать.
— А оттуда, что он пришел к Голованову за помощью, когда я занималась с Яссой и Голованов при мне лично отдал Володе восемьдесят тысяч долларов, чтобы рассчитаться с бандитами и не продавать квартиру моей матери! Бандиты так не поступают!
— Если бы он не связался с этой Яссой из этой чертовой семейки, ничего бы подобного не случилось! — парировал Савельев.
— Он эту Яссу взял из разбомблённого аула и воспитал как родную. Ничего бы не случилось, если бы твои помешанные на отчётностях сотрудники, пусть и из другого ведомства, не решили подзаработать на лёгкой жертве, просто не знали, что он твой сын, да и аварии на дорогах случаются! Нельзя так жить и видеть во всём проделки Голованова. Он хороший человек, а ты… Ты совсем свихнулся на своей работе. — Ответила ему Елена.
— Я не свихнулся. Это просто ты ни черта не понимаешь! Я запрещаю тебе видеться с ним!
— А то что? Подкинешь ему наркотики, избавишься от него? Как когда-то тогда, когда ты избавился от него, хитростью отправив мальчишкой на фронт? — Елена достала куртку из шкафа и вновь начала одеваться.
— Я сделал это ради нас. Ради нашей любви. — Замешкался Савельев.
— Не было никакой любви. Ты сделал это ради себя и своей любви. Я для тебя лишь трофей. — Ответила Елена, выходя на площадку парадной лестницы.
— Ты куда? — Удивился Савельев, пытаясь её остановить, схватил за плечо, развернув лицом к себе.
— Поживу у сына, пока ты не одумаешься. — Гневно ответила Елена, тем самым пытаясь насолить Савельеву ещё больше, и её слова были услышаны.
— Не смей так со мной поступать, с..ка… — Не выдержал Савельев. И, кипя от злости и ненависти к Голованову, влепил ей хорошую пощёчину. Он замер на месте, осознавая, что впервые поднял руку на любимую им женщину.
— Узнаю методы родной милиции. — Холодно ответила Елена, и, пока Савельев не предпринял что-то ещё, быстро сбежала вниз по ступенькам лестницы.
Глава 13 Алим
После ухода советских войск, в Афганистане началась жестокая гражданская война между различными фракциями моджахедов (воинов). Одной из таких фракций была группировка Алима, которую он собрал после того, как покинул селение Маруф перед самой его бомбардировкой. Пока остальные моджахеды (воины) рассматривали пролетевший над ними советский Су-25 и отстреливались от бригады Голованова, Алим понимая чем всё закончиться, вышел из деревни и укрылся неподалёку за камнями в ожидании. Он, будучи религиозным человеком, умирать не желал, но желал установить на своих подконтрольных территориях законы шариата (правильный или верный путь, основанный на Коране), насаждая их огнём и мечом. В 1994 году он узнал, что некий бывший полевой командир, такой же, как он, но потерявший глаз во время битвы за его родной город Кандагар, а после войны посвятивший свою жизнь шариату, став священнослужителем (Мулла) Мухаммад Омар, выступил за свободу и справедливость, собрав небольшую группу моджахедов, атаковал одну из группировк, а затем казнил главаря, которой изнасиловал и убил двух местных девочек.
Алим увидев в этом схожесть с его собственными методами, решил присоединиться к движению Мулла Мухаммад Омара, встав под его начало.
В скором времени Алим, даже лично участвовал в провозглашении Муллы Мухаммад Омара лидером правоверных (Амиром), когда тот в Кандагаре надел на себя плащ (Ризы) Пророка Мухаммада (Иисуса). Это была не просто одежда или какой-то плащ, а одна из самых почитаемых реликвий в исламском мире (Риза Пророка Мухаммада).
Мулла Омар поднялся на крышу здания рядом с усыпальницей Хирка Шариф в центре Кандагара и торжественно надел плащ Пророка на свои плечи.
Алим, стоя рядом на той же крыше, обратился к толпе, состоящей из нескольких тысяч человек, принадлежащих не только к воинам шариата, но и простых местных жителей, видевших в Омаре новый закон и порядок.
— Мы все здесь собравшиеся нуждаемся в лидере, и вот он перед нами! Сам Бог привел его сюда! Дадим ли мы ему нашу клятву? Провозгласим ли мы его Амиром всех верующих в верный путь?
— Аллаху Акбар! — Закричала многотысячная толпа, поднимая руки к небу.
Обладая новым статусом «Амира верующих», Мулла Омар превратил «Талибан» из местной милиции в общенациональное движение с религиозной миссией.
Под знаменем восстановления порядка и шариата, талибы начали победоносное шествие по стране. Они быстро установили полный контроль над всей провинцией Кандагар, в 1995 захватили город Герат, а в 1996 захватили столицу Кабул, свергли правительство президента Бурхануддина Раббани и казнили бывшего просоветского лидера Мухаммада Наджибуллу, который находился под защитой ООН.