— Что тут происходит? — Спросила Ясса, увидев картину, как Елена в куче тряпок лежит на ступенях, а над ней, склонившись и держа её голову на своих руках, сидит её отец.
— Мама? — Удивлённо и слегка растерянно сказал Володя.
— Что мама? — Выдала заплаканная Елена. — Упала мама. Не видишь что ли?
— Ты где была? — Грозно спросил Голованов, обращаясь к Яссе.
— У Володи. — Не понимая причины его гнева ответила она, побаиваясь того, что он знает больше, чем говорит.
— Все два дня? — Утирая слёзы и поднимаясь со ступенек спросила Елена, то ли расстроенным, то ли повышенным тоном.
— Мы, в общем, зашли сказать, что я теперь буду жить у него. — Заявила Ясса.
— Какого хрена. Однозначное нет.
— Так нельзя, это неправильно. — В один голос ответили Голованов и Елена.
— Вы что тут, спелись уже? — Удивилась ответу Ясса, а потом добавила:
— Я вообще-то не разрешения пришла спрашивать, а сообщить. Пойдём, Володя. — Сказала Ясса, разворачиваясь и утаскивая за собой Володю.
— Стоять. — Приказал Голованов. Дети послушно остановились.
— Школу закончишь, и живи где хочешь, а сейчас ты останешься дома. Ты тоже можешь остаться. — Закончил свою мысль Голованов.
— Нет-нет. Ваши отношения неприемлемы. — Вновь возразила Елена.
— Ага. Нам уже дядя Лёша всё объяснил по этому поводу. Мы с Володей любим друг друга, так что все свои моральные и тому подобные аспекты можете оставить для себя. Проходи, Володь, чувствуй себя как дома. — Язвительно ответила Ясса, снимая с себя куртку и небрежно бросая её на перила лестницы.
— Он что, знает? — Испуганно закрывая рот рукой спросила Елена.
— Конечно. — Уверенно сказала Ясса, а потом добавила:
— Он приходил сегодня с утра на квартиру Володи. Вас, кстати, искал. Потом меня застрелить хотел, но это уже другая история. — Сказала она, сделав вид, как будто для неё это ничего не значит и всё ещё держа Володю за руку, гордо поднялась по ступенькам вверх, пройдя мимо отца, по направлению своей комнаты.
— А куда он ушел потом? — Взволнованно спросила Елена, пропустив мимо внимания то событие, что Савельев собирался застрелить Яссу.
— Судя по его состоянию, я думаю, он ушел в запой. — Пошутила Ясса.
— Я, наверное, тоже пойду. — Потупив взгляд решила Елена.
Голованов глубоко вздохнул и сказал:
— Ну что ж. насильно мил не будешь.
— Ты не правильно понял. — ответила Елена смотря с волнением и явным разочарованием как дети заходят в комнату к Яссе.
— Не понимаю откуда Савельев об этом узнал, но мне явно с ним нужно объясниться. Я отвечу на твое предложение позже, но сначала я обязана поговорить с ним. — Она кратко чмокнула Голованова в губы и пошла относить бельё вниз, в прачечную.
***
На следующий день Ясса вместе с Феликсом уже сидела в том же самом американском ресторане быстрого питания, смотря на Алима и с упоением поедая гамбургер. Феликс сидел рядом с ней и как-то черезчур похабно, но с явным наслаждением облизывал рожок мороженого, чем заставил Алима с брезгливым видом отвернуться в сторону, начав диалог с Яссой.
— Скажи, что ты позвала меня сюда, потому что твой отец решил породнить нашу кровь?
— Нет. Пока он такого не говорил. — Мило улыбнулась Ясса, доедая американский бутерброд и выковыривая из упаковки упавшие листочки с салатом. А затем, очень громко высосав трубочкой остатки газировки, продолжила: — Мой отец, в качестве знака уважения, доверия и дружбы, передает тебе на реализацию тридцать килограмм героина.
— Зачем мне его героин, когда у меня есть свой? — Не понимая в чем подвох, спросил Алим.
— Свой товар оставь, пустишь его на угодные Аллаху дела, а этот продай, раз ты в прошлый раз зарекался, что готов торговать за него, а ему отдавать долю, как будто мой отец сам стоял на рынке? Твои слова?
— Эй, не может быть, чтобы такая девица, красавица и умница, так детально запомнила наш разговор. — Удивился Алим.
— Это был не разговор, а предложение союза, или мы в тебе ошиблись?
— Нет. Конечно, я сделаю, как просит Афганец, я сам афганец. Я знаю, что значит слово. Наше слово — это слово шариата, непоколебимо, как слово Аллаха. Но разве он не боится отдавать товар вот так просто незнакомому человеку?
— Ну, во-первых, ты не незнакомый, ты представитель самого Амира Мухаммад Омара. А это значит, все твои действия бросают на него тень. Как сказал мой отец: «Он, если захочет, может забрать все эти деньги себе. Но пусть знает, чтобы в Питере, во всех его окрестностях, Москве и даже до самой Махачкалы будут знать, что слова Амира и его людей пустой звук. Как пыль у подножья горы. Никаких дел ни с тобой, ни с Талибаном, Аль-Каидой(запрещённые в России организации) в России не будет». — выдала Ясса.