— В смысле «до выхода»? Я вообще-то аптеку ограбил, мне в тюрьму надо.
— Снимай, снимай наручники. — Повторил Савельев дежурному, и пока тот освобождал Хмурому руки, вновь налил очередные полстаканчика, пододвинув его Хмурому, который растерянно бегал глазами, не понимая, что происходит.
— Пей! — скомандовал Савельев. — А потом расскажешь, чего ты так испугался и зачем по весне в тюрьму идти собрался. Я бы понял осенью. Но сейчас цветущий май.
Или я чего-то не знаю?
— Нельзя мне на свободу, товарищ начальник. — Начал рассказывать Хмурый, нервно поглядывая на стаканчик, как бы вновь спрашивая разрешения выпить.
Савельев одобрительно махнул рукой и заинтересованно уточнил:
— Почему?
— Приходили ко мне двое. Солидные такие. На спортсменов похожие, но не из этих. Они в пиджаках. В квартиру сами вошли. Самое главное, я ведь запираю всегда и ещё цепочку вешаю. Как они прошли, я так и не понял. Я глаза открываю, а они стоят уже возле кровати.
Ряхи такие здоровые, откормленные.
— Ты Хмурый? — спрашивает один. Я в отмазку:
— Нет, — говорю, — не я. У друга переночевать остался.
Второй кидает мне мою фотокарточку в лицо, а там на обратной стороне имя, фамилия, адрес, кличка, возможные места моего пребывания. Второй и говорит:
— А по-моему, похож. Или сделать так, что будешь не похож?
После того как мы всё прояснили, разговор по-другому пошел.
«С этого момента, — говорят, — на нас работаешь! Вот тебе пакет с говном, надо сбыть к концу недели. Сделаешь — дадим ещё. Сделаешь хорошо, получишь процент. Не сделаешь — умрёшь. Усвоил?»
— А ты что? — вмешался в рассказ Савельев.
— А что я? Усвоил, конечно. Я поначалу обрадовался. Думал, сейчас по-быстрому разбавлю, скину и самому ещё останется. Пошел по своим, а они все в такой же теме. Некому раскидывать. Я в ночной клуб, здесь рядом, неподалёку. Только торговать начал, говно хорошее, один, другой, слух пошел, нормально разбирать начали. Но тут я сам тупанул. Расслабился и нарвался на спортсменов. Они этот район уже давно держат. Ну и остался без ничего. Хорошо ноги унёс.
— И?
— Что и? Неделя кончается, бежать некуда, куда без денег денешься, они всё про меня знают. Вот и решил аптечку грабануть, чтобы забрали меня в отпуск. Нельзя мне домой, понимаете, товарищ капитан.
— А пиджаки на них какие были, не красные случаем?
— Да. Малиновые. А вы откуда знаете?
— Ну мы тут, знаешь, тоже не просто так штаны просиживаем. Значит так. Сейчас поедешь домой в сопровождении лейтенанта Олешня и сержанта Шипаева. Они установят наблюдение и оперативную группу у твоего подъезда. Лейтенант останется с тобой в квартире. На всякий случай. Если что, все дальнейшие вопросы к нему. Будем ждать твоих бандитов в малиновых пиджаках.
***
Двор улицы, где жил Хмурый, был небольшой, с общим дворовым подъездом на несколько домов сразу и одним выездом на главную улицу. На этом въезде, чтобы было видно все прилегающие дома, особенно подъезд к парадной, где на третьем этаже находилась квартира Хмурого, удобно расположившись в милицейских «Жигулях», сидели два оперативника в гражданском и дежурный сержант Шипаев, одетый по форме.
В самой квартире в засаде находился лейтенант Олешня, которому надлежало в случае появления бандитов вызвать по рации подкрепление.
— Лейтенант, приём. Входит подозрительная бабка в красном пальто. Проверь, не наш ли клиент.
— Очень смешно. Не засоряйте эфир.
— Как мы можем засорять? Мы что, мусор, по-твоему? — смеялись оперативники, сидя в машине.
Затем, спустя немного времени, снова прозвучало сообщение по рации:
— Лейтенант, приём. Ты там живой?
— Живой.
— Тогда зацени: третий вышел с собакой, четвёртый — с кошкой на поводке, а теперь заходит парень с попугаем в клетке. Это точно парадная Хмурого, а не зоопарк?
— Отставить цирк! Мы на задании.
За нелепыми шуточками день уже клонился к закату, и через час уже должна была прийти смена, а к парадной Хмурого никто подозрительный не подходил — кроме Volvo 740, бросившейся в глаза, так как была довольно редким экземпляром, который могли себе позволить только высокопоставленные чиновники.
Парадная Хмурого была крайней в доме и ближайшей к оперативникам, дежурившим в машине, но Volvo, медленно проехав подъезд Хмурого, остановилась у дальнего подъезда на другом конце здания. Из машины вышли двое в малиновых пиджаках, похожие под описание, и, не обращая внимания на милиционеров, сидящих в машине, скрылись в дальней парадной.
— Лейтенант, спроси-ка у Хмурого, не живёт ли кто из аптечников в конце его дома? — спросил сержант.