Смотри-ка, имам читает не только комментарии к Корану!
— Конечно! — Имам воодушевился: он снова стоял на твердой почве. — Возьмите любых двух индусов!
Каждый из них, если их религия права, уже успел побывать для другого отцом, сыном, дедом, внуком, дядей, племянником и так далее. Индусы, конечно, не стремятся непременно вспомнить, в каких отношениях они были со встретившимся им нищим в одной из предшествующих жизней. Это непросто, они для этого должны достичь просветления! Но им и не нужно это непременно знать! Это часть их мировоззрения! Они не задумываются над этим, как не задумываются над словами, из которых состоит их речь! Для нас, мусульман, как и для христиан, все по-другому! Мы знаем, что у нас есть только эта жизнь, одна-единственная!
Я, похоже, сообразил, куда он клонит.
— Вы хотите сказать, что родственники вчерашних погибших плачут еще и потому, что встретиться с ними они могут только в раю? А неизвестно, повезет ли им также — что они умрут мученической смертью?
Мухаммад Джума улыбнулся — не горю горожан, а моему невежеству.
— В рай попадают не только мученики, но и праведники. И жить праведной жизнью — это значит увеличивать свои шансы снова увидеться с близкими.
— То есть уроки, которые мы извлекаем из жизни, даже самые жестокие и болезненные, такие как смерть наших близких, подталкивают нас к нашему собственному благу и к осуществлению наших желаний. Так?
Огромные за стеклами очков глаза имама опять вспыхнули огнем высшего наслаждения.
— Ислам подталкивает человека только к тому, что для него хорошо. Если он что-то запрещает, то это только потому, что он не хочет, чтобы человек навредил себе.
— Я не готов сейчас продолжать этот спор, я должен обмозговать все это.
Я и вправду устал.
— Конечно, подумайте. Аллах, который через своего пророка Мухаммада дал человеку Коран, снабдил его и разумом, чтобы человек мог помочь себе сам. Подумайте! Именно благодаря этому столько людей становятся мусульманами в самых разных частях света.
— Но я могу сказать точно то же и о христианстве. Бог-отец дал человеку разум, а через своего сына Иисуса Христа — Евангелие, эти инструкции по применению и этого мира, и загробного. Именно поэтому столько людей в разных частях света становятся христианами.
— Конечно, кто с этим спорит! Только пророк Иса принес инструкции для мира своего времени, а пророк Мухаммад — для того, который сложился пять веков спустя. Вы же не станете ставить на новый компьютер Windows-95? Нет, вы поставите последнюю версию.
— Святой отец, — поразился я, — неужели вы работаете на компьютере?
Имам счастливо захохотал.
— Интернета в Афганистане нет, потому что нет телефона. Собственно, и наше электричество мало какая электроника выдерживает. Но когда я выезжаю в Египет или в Иорданию, я просиживаю за компьютером часами.
— Об этом я тоже должен буду подумать! Вы считаете, моя голова выдержит?
Мой собеседник убежденно закивал головой.
— Конечно же, ваша голова выдержит. Иначе Господь не сделал бы подобные мысли для вас интересными.
— Рабби уарахам ту! Господь милосерден!
— Рабби уарахам ту!
Наш немой свидетель оживился. Не только потому, что эту фразу он понял. Это было похоже на завершение разговора, а им предстояла вечерняя молитва.
Я спустился в свое убежище. Имам показал мне, в какой корзине с фасолью он спрятал мой пистолет, и я даже не стал проверять, там ли он. А куда он денется? Я вошел в свою каморку, набрал горсть таблеток и с наслаждением запил их парой глотков текилы.
Хорошо, что пока у меня нет серьезной проблемы с алкоголем, как у большинства людей моей профессии! Когда она появится, мне придется бросить пить совсем, что будет жаль. Я люблю пробовать спиртные напитки, как и любую другую пищу. Какие-то — как сейчас текила — становятся любимыми, но вкусы меняются. Раньше, например, я много лет предпочитал виски, потом, может быть, пристращусь к коньяку или к джину. Но не чтобы напиваться! Конечно, для меня алкоголь, помимо особого вкуса, это способ снять стресс, как твердая пища — способ утолить голод. Но я никогда не пью для того, чтобы привести себя в состояние опьянения. Мне оно даже незнакомо. Мне, как многим церебротоникам, то есть людям, у которых жизненная энергия в основном пошла в нервные клетки (в том числе в клетки головного мозга, между прочим), это ощущение даже толком не знакомо. Иногда приходится для дела крепко с кем-то выпить, но мне становится плохо физически раньше, чем я пьянею. Моя вторая проблема с алкоголем состоит в том, что у меня начисто отсутствует рвотный рефлекс. Так что все, что я волью в себя, мне предстоит переварить! Ну, а дальше — химия! Так что отравления после таких профессиональных действий у меня бывают серьезные!