Что-то артиллерия сегодня «разбухалась». Полпервого ночи. Ну что, и мы на холодную подушку? Поразмышлял про себя. Пора смотреть сны. Хотя они и цветные, но по приезду что-то стали мои «мультики» какие-то тревожные, беспокойные, энергичные. А проснусь, ничего не вспомню, только удовлетворение, что это был просто сон. Хотя бы женщины снились, а то все война. Есть правда от чего. Вечером 9 ноября опять ранен лейтенант Игорь Герман (командир взвода 4-й пдр) на 3-м посту. В июле остался без пальцев, а теперь пуля в бедро, да с повреждением кости выше колена. Интересно, каким его считать: невезучим или счастливчиком?
12.11.1987, Баграм. ЧетвергУтром вылетаю в Анаву. Посмотрю обстановку, проведем занятия с молодыми и к «боевым» вернусь обратно. Пойдем на Хост, время и сроки выхода пока неопределенные, но, судя по всему, скоро не вернемся. Продовольствия берем на месяц, а там, глядишь, подбросят. Давненько там нога советского солдата не ступала. «Духи», наверное, постараются, чтобы победной поступи не было. Это им не со своими афганцами воевать. Вчера с полковником Сумятиным наблюдали их взаимоотношения. Пока были на стрельбище, видели, как из Кабула на бреющем прошла на Баграм пара афганских «вертушек». И сразу ушла обратно. Шли над «зеленкой», и хотя бы один выстрел. Свои. Попробовали бы так наши сунуться, враз бы сняли.
16.11.1987, Баграм. ПонедельникНа один день остался за командира. В. Востротин с офицерами уже к вечеру должен приехать с организации взаимодействия из Кабула. Выход ориентировочно 19-го на Кабул, ночевка, и дальше на Хост. Вероятно, пробудем там месяц с лишним. Уже сегодня с приездом командира будем точно знать задачу. Район действий дикий. Единственная доступная машинам дорога через горы вся заминирована. Вот будет «железный поток». Ко всему, рядом Пакистан, и для нас, и для «духов» — фактор немаловажный.
Вчера с утра прилетел из Анавы. Пробыл там немного, всего два дня. Проконтролировал начало сборов с молодым пополнением, посмотрел жизнь, быт, боевую готовность. Сходил на два поста: 12а и 14-й. Про 12а можно и не упоминать, стоит рядом, низко над рекой. Зато подъем на другой пост после долгой «диеты» на восхождения дался трудновато. Опять надо привыкать, втягиваться. Вот сейчас болят ноги, спина и даже руки. Знакомая резь в глазах от соленого пота, будто налитые свинцом ноги, опять рвешь воздух открытым ртом. Опять знакомая бесшабашность, притупление чувства опасности от полной измотанности. А рядом гора Хаваугар и ее скалистые склоны. Это с них обстреливали группу Г. Крамскова, направленную на выручку раненым 14 июня. Места «духовские». Да и бьют заставу «духи» довольно часто.
Наверное, уже с трети пути начали делать остановки через каждые 100–200 метров. Конечно из-за меня. Нас семеро: старший лейтенант А. Перепичь, капитан В. Белоусов, два разведчика, сапер, санинструктор и я. На остановках выбираем место за скальником или камнями, чтобы быть прикрытыми со стороны гор, садимся и смотрим вокруг. Красотища! Внизу ущелье. Желто-красные облетающие деревья вдоль реки. Желтые и коричневые дувалы в кишлаках. Черно-белые скалы и намного ближе и ниже, чем летом, границы снежных шапок на вершинах. Яркое-яркое солнце.
В общем-то, тепло, но в воздухе какая-то холодная дымка.
Внизу пылят машины. Рухинцы (682-й мсп) выводят из Панджшера свою колонну. Ровно в 10 часов, как и предусматривалось заранее, наша батарея открыла беглый огонь по лагерю «бородатых» — данные «советников». В предыдущий вечер мы долго рассматривали с ними аэрофотоснимок и довольно отчетливо видели те два домика под уступом скалы, о которых говорил афганец. С высоты да издали струйки дыма, появляющиеся на позиции, кажутся безобидными. Да и хлопки тихие. Даже не верится, что вот так может выглядеть чья-то смерть. Результат узнаем только со временем.
Вершина приближается слишком медленно. Стараюсь не смотреть вперед. Не знаю, как со вторым дыханием, но постепенно идти становится легче. Наконец и пост. Личный состав начальник заставы построил для приветствия, а я прошу дать пяток минут, чтобы отдышаться. Для этих аборигенов наш приход — событие. Новые, свежие люди, новые лица, новости, почта.
Застава обустроена вполне сносно. В скальнике в рост человека выдолблены траншеи. Огневые точки обложены камнями. Несколько бронеколпаков. На возвышенных местах выложены стенки из камня, но явно жидковаты. Пули, осколки они выдержат, а безоткатное орудие разнесет их вдребезги. В скалу врезан бункер для жилья, рядом так же устроена баня. Склады боеприпасов и продовольствия, столовая вынесены в сторону долины, то есть в наиболее безопасное место. Быт, конечно, суровый. Пост безводный, все доставляется вертолетом, и ругать за грязные простыни и наволочки — грех. И так видно, что воду экономят, каждая капля на счету. Белье меняется настолько регулярно, насколько регулярно работает авиация. Но какая наволочка выдержит грязные немытые щеки.