<p>
- Никак не могу найти нашего Артура Семеновича, - пожаловался Кузин. - Половину корпуса уже обошел, а его нигде нет. Решил вот к тебе забежать. Может, ты его видел...</p>
<p>
- Не встречал, - Антон пожал плечами и спросил:</p>
<p>
- А что это ты в город на мотовозе не поехал?</p>
<p>
- Да нас всех ребята из экспедиции через полчасика прямо в Ленинск на автобусе отвезти обещают. С развозом по домам. Вот только Артура нашего что-то найти не могу...</p>
<p>
- Чаю не желаешь?</p>
<p>
- Почему бы и нет? - лицо Кузина расцвело улыбкой. - Угощай!</p>
<p>
Макарьев сходил в маленькую комнату за электрочайником, стаканами, заваркой и сахаром и поставил чайник закипать на выложенный плиткой стол в углу комнаты.</p>
<p>
- Жаль, что ты сегодня с нами у Лопатина до конца не остался, сказал Кузин, позевывая. - Хорошо посидели.</p>
<p>
- Служба есть служба, - ухмыльнулся в усы Антон. - От наряда, брат, не отмажешься. А потом не слишком уж веселые в этот раз были наши "посиделки"...</p>
<p>
- Да... Жаль Серафимовича... Никак не пойму, как он решился на самоубийство? И зачем? Такой классный был дядька...</p>
<p>
- Я могу тебе совершенно точно доказать, что смерть Рахманинова не была самоубийством, - Макарьев бросил изучающий взгляд на собеседника. Но на лице Виталия не мелькнуло ни тени страха или напряжения.</p>
<p>
"Либо он очень хорошо владеет собой, либо Кузин - не агент и зашел ко мне действительно случайно, - отметил про себя Антон. - Неужели весь наш с Улькой план летит к чертям? Н-да, скверно... Ну, ладно, посмотрим".</p>
<p>
- Смерть Рахманинова не была самоубийством, - уверенно повторил Макарьев. - Его убили.</p>
<p>
- Убили? - теперь на лице Кузина совершенно ясно читалось удивление. - А ты откуда знаешь?</p>
<p>
- Предполагаю.</p>
<p>
- Ах, предполагаешь... - немного разочаровано протянул Кузин. - Версий сейчас можно выдвигать много, но вот есть ли доказательства? Вот в чем вопрос...</p>
<p>
"Неужели все-таки он? - Макарьев внутренне напрягся. - С чего бы это он вспомнил о доказательствах? А как держится! На лице ни следа волнения! Что же, говори, дорогой мой, говори..."</p>
<p>
- А доказательств насильственной смерти, как я понимаю, - продолжал абсолютно спокойным тоном Кузин, - у следствия как раз и нет.</p>
<p>
Металлическая плита у ног Макарьева тихонько звякнула. Антон выжидательно посмотрел на входную дверь комнаты, но в проеме дверей никто не появился.</p>
<p>
"Ах, вот значит как! Еще один гость? И тайком... Ладно, ребята, работаем дальше!"</p>
<p>
- Доказательств, может быть, пока и недостаточно, - Макарьев чуть повысил голос. Он хотел, чтобы в прихожей его было хорошо слышно. - Но есть логика. Железная логика, против которой не попрешь!</p>
<p>
- Гм, и какая же логика в смерти Рахманинова? - Кузин не скрывал своего скептического отношения к словам лейтенанта.</p>
<p>
- Да почти элементарная, - Антон широко улыбнулся, стараясь скрыть вдруг охватившее его чувство тревоги. - Можно сказать, простейшая. Ну, вот смотри. Почему считают, что Рахманинов покончил с собой?</p>
<p>
- Он оставил записку... - Кузин наморщил лоб, припоминая. - И в записке, кажется, было что-то о причинах самоубийства...</p>
<p>
- В записке ничего толком сказано не было, - решительно возразил Макарьев. - Серафимыч только написал, что он совершенно запутался. Заметь, записка написана на оторванном неизвестно откуда клочке тетрадного листа, хотя в столе у Рахманинова всегда было много чистых листов писчей бумаги. С чего бы это вдруг ему вздумалось писать на обрывке?</p>
<p>
- Не знаю... - Кузин задумчиво почесал затылок. - Гм, а ведь действительно...</p>
<p>
- А все дело в том, что Рахманинов не писал предсмертную записку. Слова на этом клочке тетрадного листа были написаны совсем в другое время и в другой обстановке. Я, конечно, не знаю, в чем и где запутался Рахманинов. Может быть, в каких-то расчетах. Он же готовился поступать в академию, так? Но только не в жизни он запутался, наш Серафимыч. Не такой он был человек!</p>
<p>
Макарьев несколько секунд помолчал, собираясь с мыслями, и продолжал:</p>
<p>
- Убийца где-то нашел эту запись, оторвал ту часть, которая его интересовала, и после убийства оставил на месте преступления. Так и получилась предсмертная записка.</p>
<p>
- Но зачем кому-то было убивать Рахманинова? - на лице Кузина читалось совершенно искреннее недоумение.</p>
<p>
"Да он просто гений, если все это игра", - восхитился Макарьев. - "Ладно, там будет видно. Поехали дальше".</p>
<p>
- А знаешь, как наш караул навели на диверсантов? Очень просто! На КПП позвонили и голосом Рахманинова отдали мне приказ проверить ограждение по всему периметру стартового комплекса.</p>
<p>
- Получается, что звонивший знал о налете диверсантов заранее? Заранее знал их маршрут? - на лице Виталия появилась скептическая улыбка. - Он что же, получается, имел связь с их хозяевами?</p>
<p>
- Вот именно, - кивнул Антон. - И, заметь, очень надежную связь.</p>