<p>
Чайник выпустил из носика струйку пара и засвистел. Макарьев выдернул его вилку из розетки, плеснул в стаканы заварку из надщербленного фарфорового заварника и долил кипятка:</p>
<p>
- Держи, сахар по вкусу.</p>
<p>
- Спасибо, - Кузин пододвинул к себе мигом покрывшийся испариной стакан и потянулся к сахарнице:</p>
<p>
- Если следовать, твоей логике, Антон, то мы имеем дело не просто со злоумышленником, а со шпионом.</p>
<p>
- Я, дружище Штирлиц, пришел к такому же выводу, - Макарьев улыбнулся и отпил чай из стакана.</p>
<p>
- Гипотеза, конечно, интересная, - Кузин задумчиво помешивал ложечкой быстро растворяющийся в чае сахар. - Но у нее есть и слабая сторона. Зачем шпиону потребовалось звонить к тебе на КПП? Зачем ему сдавать своих? Так что, группенфюрер, - он весело подмигнул Антону, ваше предположение несколько прихрамывает...</p>
<p>
- Выстрел из "Стингера" не решал задачу уничтожения космонавтов со стопроцентной вероятностью. На космическом корабле есть система аварийного спасения. Она бы утащила корабль с космонавтами от поврежденной ракеты. Террористический акт должен быть рассчитан так, чтобы у космонавтов не было ни малейших шансов на спасение.</p>
<p>
- Тогда какой смысл был посылать эту диверсионную группу?</p>
<p>
- Чтобы замаскировать настоящую диверсию. Я, Виталя, думаю, что сегодняшние неполадки на "Союзе" во время посадки - это и есть результат диверсии. А диверсанты должны были только прикрыть настоящую акцию против советско-афганского экипажа. Ну, и, что вполне возможно, подсунуть нашей контрразведке какую-нибудь дезинформацию.</p>
<p>
- Н-да... Но в этом случае, как я понимаю, желательно, чтобы диверсанты попали в контрразведку уже мертвыми...</p>
<p>
- Совершенно верно, - согласился Макарьев. - Диверсанты при любом раскладе должны были умереть. Поэтому тот, кто планировал это прикрытие, подстраховался троекратно. Во-первых, диверсанты были настоящими фанатиками, которым годами вбивалось в голову, что плен это позор, что главная цель их жизни - по приказу командира умереть во славу Аллаха. Так что сдаваться живыми они явно не собирались. Во-вторых, - как я полагаю, - все гранаты в их боекомплекте были дефектными. Дергаешь за кольцо - и сразу взрыв. Так, кстати, и получилось в той ночной перестрелке. Ну, и третье. На диверсантов буквально навели наш караул. Это и для того, чтобы создать условия, когда дефектные гранаты придется применить, и для того, чтобы была еще одна гарантия гибели диверсантов - в открытом бою, который неминуемо бы завязался.</p>
<p>
- Да, фантазия у тебя, Антошка, замечательная! - восхищенно покачал головой Кузин. - Надо же как туго связал все эти события в один клубок! Из всего сказанного следует, что Рахманинов был шпионом?</p>
<p>
- Гм, а с чего ты взял?</p>
<p>
- Но ведь именно он звонил тебе на КПП?</p>
<p>
- Нет, - Макарьев покачал головой. - Рахманинов - не шпион. Звонил совершенно другой человек. Но говорил он голосом нашего Серафимыча.</p>
<p>
- Он и голоса умеет подделывать? - хохотнул Кузин. - Слушай, ну прямо Джеймс Бонд какой-то!</p>
<p>
- Увы, голоса он подделывать не умеет. Если бы умел, Олег Ушаков, может быть, остался бы в живых.</p>
<p>
- Олег Ушаков? Погоди, это тот молодой инженер из расчета термостатирования, который неделю назад пропал? А он тут причем?</p>
<p>
- Сейчас объясню. Но сначала вернемся к смерти Рахманинова. Зачем потребовалось убивать майора? Наш шпион просто не был уверен, что я единственный, кто слышал голос Серафимовича, отдающий приказ проверить периметр ограждения, - погибну в стычке с диверсантами. Случись это, и никто бы и не знал, что кто-то вел разговор по телефону голосом Рахманинова. Но могло быть - и случилось! - иначе: я остался в живых. Знаешь, какой первый вопрос мне задали особисты на следствии? Их очень интересовало, как и почему наш караул оказался около ограждения. По чьему приказу. Конечно, я ответил, что по приказу Рахманинова. Если бы Серафимыч был жив, он бы, конечно, на допросе заявил, что не звонил мне и не посылал караул на проверку. У следствия сразу бы возникли три версии: лгу я, лжет Рахманинов и третье - правду говорим мы оба. Можешь мне поверить, первые две версии из-за отсутствия мотивов отпали бы достаточно быстро, а по третьей выходило бы, что телефонный звонок был сделан не Рахманиновым, а кем-то еще, кто умеет имитировать чужие голоса. Олег Ушаков как раз и умел это делать. За что и был убит.</p>
<p>
- Убит?! Олег Ушаков убит?!</p>
<p>
- Да, убит. Убит тем же человеком, который отравил Рахманинова.</p>
<p>
- Складно у тебя получается... Диверсанты прикрывают настоящего шпиона. Рахманинов и Ушаков были убиты, чтобы ниточка от них не потянулась все к тому же шпиону. Гм, а ведь и вправду выглядит логично!</p>
<p>
- Согласись, очень уж все замечательно получилось у нашего шпиона. Ушаков исчез, пропал и никто не догадается, что звонок Рахманинова был фальшивкой. Ушакова вообще не будут связывать с событиями предстартовой ночи, пока не найдут его труп. Рахманинов считается самоубийцей. По тексту его предсмертной записки нельзя точно сказать, был ли он связан с диверсантами. И, заметь, ни один след теперь не ведет к настоящему убийце и шпиону!</p>
<p>
- Н-да... Чистая работа!</p>
<p>
- Не совсем, - Макарьев покачал головой. - Следы убийца все-таки оставил. А я эти следы нашел. Следы четкие, ясные и неоспоримые.</p>