- Вы не могли бы дать мне немного денег в счет будущих выступлений, - сжалась, стыдясь собственной наглости. – Мне нужны чулки и подвязка для завершения образа.
- Дай, - я не ожидала, что Игорёшка может что-то приказать Артуру. Оказалось, что смог. Правда, разъяснил свое мнение: - Снимать будет больше, - захихикал. – А то быки с неё быстро трусы сорвут.
Мужчины расхохотались, а я поёжилась. О том, что с меня начнут срывать трусы, я, нанимаясь исполнять стриптиз, как-то не подумала…
Глава восьмая
Я услышала первые звуки марша Мендельсона и медленно двинулась по подиуму к закрепленному в центре сцены пилону.
За прошедшие два года я оточила свой номер до идеальности. Впрочем, он почти не изменился. Был точно таким же, как и в день моего первого выступления в клубе.
Длинное, ставшее от времени кремовым, платье дополнялось фатой полностью скрывавшей лицо, и веночком из флердоранжа.
Я медленно, слегка покачивая бедрами, приблизилась к шесту, обхватила его правой рукой, сделала первый оборот, незаметно переступая по сцене. Длинный подол платья скрывал шаги, отчего казалось, что я плыву по воздуху.
Я знала, что мой номер пользуется постоянным успехом, что публика в стрип-клубе собирается своеобразная, а потому не обращала внимания на выкрики и поторапливания, сопровождающий начало выступления.
Ну что же, пора приступать к действу, ради которого собрались здесь зрители.
Я подношу руку к голове и аккуратно снимаю веночек. Рассматриваю его несколько секунд (дольше не нужно) и второй рукой вынимаю из волос шпильку, удерживающую фату.
Марш Мендельсона не предусматривает вальсирования, но я кружусь по краю сцены. Фата развевается в такт оборотам и в какой-то момент падает на пол.
Я замираю и роняю сверху веночек.
Начало стриптизу положено.
Я обнажила лицо.
Платье, которое мы с тётей Любой переделывали весь вечер, как нельзя больше соответствовало моей задумке.
Правая рука ложится на левое плечо и одну за другой расстегивает крохотные кнопочки, вшитые в пройму. Длинный зауженный рукав скользит по присыпанной тальком с блёстками руке. И падает на пол.
Я снова у пилона. Но на мне еще столько одежды, что до акробатических трюков на шесте далеко.
Второй рукав полностью повторяет судьбу первого.
Марш уже закончился и теперь в зале звучит медленная музыка, призванная создать у зрителей романтический настрой, но достигающая прямо противоположного эффекта.
Мужчины уже толпятся у сцены плотными рядами и пыхтят в ожидании продолжения.
Но у меня в запасе еще перчатки и целое платье! Полол которого разрезан на уровне середины бедра и прикреплен спрятанными под оборкой кнопочками, такими же, как и на рукавах.
Главное в нашем деле никуда не торопиться. Расстегивать кнопочки одну за другой, не забывая сексуально изгибаться.
Теперь на мне короткое платьице, которое не сковывает движения и дает возможность любоваться моим юным телом.
И самое время начать танец на пилоне. Танец, в который Игорёха внес несколько поистине акробатических движений.
Я поднимаюсь на цыпочки, захватываю ладонью шест над головой, подтягиваясь и одновременно подпрыгнув, обвиваю пилон правой ногой.
Еще одно движение и я, откинув голову так, что мои волосы свисают едва ли не до колен, отведя назад правую руку и выставив вперед левую ногу, делаю первый оборот и начинаю основную часть танца.
Юбка платья крепится к лифу все теми же кнопками. Главное, не дать им раскрыться в самый неподходящий момент. А потому начало выступления проходит в неторопливом миноре.
Наконец, я снова на сцене. На мне остались только перчатки, чулки бюстгальтер и трусики.
Я уже давно стала «любимой покупательницей» в павильончике на толчке, торгующем свадебными аксессуарами, потому как перчатки, чулки и подвязки закупала ящиками. Забота о концертном костюме все так же лежала на моих плечах. А перчатки, чулочки и подвязка невесты летели в зал при каждом выступлении.
Я, словно никуда не торопясь, освобождаю руки от перчаток, которые, согласно задумке постановщика, летят в зал.
Сажусь на пол. Скатываю чулки, которых ждет судьба перчаток. Подвязка остается на моем обнаженном бедре. Как и трусики, и бюстгальтер.
Теперь мое тело почти обнажено. Ничто не препятствует связке с шестом, к которому я устремляюсь для выполнения второй части номера.
Главное, не соскользнуть с шеста слишком быстро, кода уже завершены все элементы. Нужно растерянно оглядываться, словно ища кого-то в зале, пока сползаешь вниз. Как ни странно, но на репетицию вот этого «медленно» ушло больше всего времени. Мне пришлось поднакачать бицепсы, прежде чем услышала от Игорёхи вожделенное: «Нормалёк».