Давным-давно она подавала надежды. Одаренная. Нику учили, как и прочих детей, контролю над связками и дыханием в надежде, что когда-нибудь она овладеет голосом и сумеет менять реальность с его помощью, развивая и создавая.
Надежды умерли, а навыки остались, и теперь Ника успокаивала свое сознание и тело. И первое, что она заметила — затхлость воздуха вокруг и отсутствие ветра.
Она рискнула открыть глаза. Вокруг царила темень. Ника моргнула, чуть шевельнула пальцами рук и ног. Болел копчик, болела ушибленная спина. «Наверное, шкура смягчила падение». Радовало, что шевелиться она могла.
Ника, не торопясь, проверила все тело. Рискнула сесть, зажмурившись от острой боли в спине — но смогла, значит, ее шансы выжить возросли. Слепо шаря руками в пространстве, она сжав зубы контролировала дыхание.
Нельзя было допустить паники. Запаникует — умрет.
Тишина давила. Шелест мелких камней, которые она задевала руками, почти оглушал.
«Похоже, могу попробовать встать». Ника поднялась и облегченно выдохнула: больно, но идти способна.
«Может, наступила ночь, пока я была в отключке. Эвр будет волноваться, если я не появлюсь через два дня», — она потянулась в рюкзак, нашарила крошечные заготовки под факелы и огниво.
С третьей попытки удалось разжечь искру, и Ника едва не подпрыгнула — она видела! Значит, и со зрением все в порядке. С шестой попытки ей удалось зажечь факел и осмотреться.
Вид, открывшийся перед ней, потрясал. Потолка видно не было, зато ей удалось рассмотреть абсолютно гладкую стену. Ника не сомневалась, что вокруг нее дело человеческих рук, причем древних.
«Повезло», — возбужденно подумала она, оглядываясь. Где-то далеко сверху появилась звезда и тут же исчезла, укрывшись за облаками. Похоже, именно через этот провал Ника и упала. «Повезло» — уже мрачно подумала она, примерно прикинув, с какой высоты упала на спину.
Шкура барса, спасшая ей если не жизнь, то способность ходить, выглядела жалко. От былого величия носившего ее зверя не осталось и следа — всю нижнюю часть изорвало мелкими камнями. Ника сглотнула.
Что ж, ей определенно несказанно повезло. Свалиться именно в провал, упасть на шкуру, еще и не привлечь никого из плотоядных обитателей этого места — хотя, возможно, никто из зверей здесь и не жил. Пахло только каменной пылью и сырой затхлостью. «Надеюсь, больше никогда такого рода удача мне не понадобится», — заключила она про себя, осторожно обходя загадочное место по периметру.
Стена была совершенно гладкой. Пол усыпала каменная крошка, изредка попадалась принесенная ветром трава. Где-то из земли наросли сталагмиты, покрытые влагой. Похоже, где-то рядом находился источник воды. Стена даже не поворачивала, или же в темноте она этого не замечала.
Ника шла. Усталость накатывала, небольшие съестные запасы остались, но тревога нарастала с течением времени, а окружение не менялось. В конце концов она плюнула и вернулась к потрепанной шкуре, оттащила ее ближе к холодной стене — глупо, но так стало спокойнее — и улеглась. Место навевало жути. Той самой, которая ощущается на любом кладбище, особенно в заброшенной его части, и все же уснула Ника быстро.
***
Разбудили ее солнечные лучи. Ника проморгалась и поморщилась — за ночь боль стала сильнее.
Потолок оказался невероятно высоким. И думать не стоило вернуться тем же путем, каким она сюда попала — не заберется. Огромная зала уходила дальше, вглубь Драхуса, древние прорубили толщу скал. «Интересно, зачем? Как они использовали это помещение?».
Любопытство проснулось, и Ника вздохнула. Она больше думала о том, что интересного можно разыскать здесь, чем о собственном спасении, но ничего не могла с собой поделать. Наскоро перекусив сытными лепешками, она двинулась дальше.
Потолок обвалился только местами, и в зале все еще царил сумрак. Все же Нике удалось заметить какую-то странную отметку на стене, которую она пропустила вчера — подойдя ближе, она увидела отпечаток ладони.
Посомневавшись с десяток секунд, Ника интуитивно приложила свою — удивившись, что ее рука едва поместилась. «Похоже, домыслы о том, что древние были меньше ростом, оказались правдивы» — мелькнула мысль и потонула в грохоте.
На инстинктах Ника кувыркнулась назад и вбок, дальним перекатом уходя от потенциальной угрозы. С потолка сыпалась каменная крошка, в висках стучало, но грохот быстро затих.
В стене открылось еще одно помещение. Ника выпрямилась и прислушалась — ничего. Только ветер едва завывал где-то вдалеке.
Решившись, она зашагала внутрь, попав в небольшую комнату, уставленную стеллажами с черными коробками, покрытыми пылью. Прочихавшись, Ника с замиранием сердца потянулась к одной из них.