— Результат? — холодно осведомился каудильо.
— Полкан — получил новую кличку "Гиперболический Косинус"… А я — смертельного врага. Так, прилюдно, мне и было заявлено — "Да я тебя, салабон — задрочу!"
— И что? — завхоз аж подался вперед, словно с его места селектор плохо слышно.
— А ничего… На матерном собеседовании у командира полка — гражданина просветили, что хотя мой срок службы — пятый месяц, я уже — "временно исполняющий обязанности начальника узла связи"… За отсутствием в гарнизоне другого военнослужащего с нужным профильным образованием. По высоте служебной иерархии — примерно на одном с ним уровне. Хотя, обыкновенный рядовой "срочник".
— Так вы, получается, в армии по специальности работали, — разочарованно протянул Соколов.
— Ы-ы! — возмущенно промычал говорящий ящик, — "Работа" — когда "равная оплата за равный труд"… А когда, в одиночку, пашешь за начальника узла связи (в зависимости от рода войск и уровня подчиненности — "должностной диапазон" от старшего лейтенанта до подполковника), инженера-конструктора, трех дежурных техников (обязанных присутствовать на узле круглосуточно), кабельшика-спайщика и линейного монтера… Причем, получаешь в месяц — те же семь рублей солдатской получки, что и весь твой призыв… Это, однозначно — "служба"!
— Чем закончилась ссора с полковником? — нетерпеливо перебила Ленка.
— Полтора года "вендетты"! С привлечением к "боевым действиям" подчиненных с обеих сторон, сочувствующих, непосредственных начальников и "гражданской массовки". Ничего интересного, девушка… "Тлеющая" партизанская война, со взаимными гадостями и реальными жертвами. Чудом ушел на "дембель" живым… Здесь — никому "дембеля" не ожидается, поэтому, Вячеслав — играет с огнем.
— У нас, в МЧС — "срочникам" даже за квалификацию доплачивали…
— Шойгу вас специально баловал и прикармливал. Для поздней советской армии — такое поведение руководства не характерно. Принцип: "я начальник — ты дурак", везде соблюдался железно.
— И чего теперь ждать? — да уж, испортить настроение Ахинеев умеет.
— Логика "вертикалов" простая — "кого невозможно подчинить и контролировать — надо уничтожить".
В селекторе закашлялись, каудильо испустил вздох, более приличествующий умирающему мамонту. Неприятный момент. Но кто-то должен был сказать это первым.
— Понимаете, Вячеслав, — снова захрипел говорящий ящик, — Наше современное, более или менее устойчивое положение — висит на тонком волоске. Грязная работа сделана, а дележ "плюшек" и получение выгод — привилегия "благородных господ". Настало время показать "мавру" на дверь… Вы хоть задумывались, что если "аномалия" откроется, то кому-то одному, Смирнову или вам — не жить?
— "Незаменимых — нет!" — каудильо криво усмехнулся, — Замена лично мне, находилась всегда… Что из этого?
— А выражение "Живой, потому, что пока нужен" — слышать не доводилось? — хмыкнул селектор, — Вижу, что нет. А мне пришлось отведать этой "господской справедливости" на собственной шкуре. Я описывал свое, так сказать должностное положение, в армии? Пока тянул службу за десятерых и спал по 4–5 часов в день, в родном батальоне меня "прикрывали". Пока готовил себе "сменщиков" да натаскивал "молодое пополнение" — одобрительно хлопали по плечу… Но, настал последний день… И буквально за час до получения увольнительных документов в строевом отделе — тихонько предупредили, что "Гиперболический Косинус" всё ещё жаждет мести и поклялся — живым и здоровым меня на "дембель" не отпустить. Причем, не он один… Помогать ему хотят достаточно многие. "Барская солидарность", дык… Опять же, за словом в карман я никогда не лез, а победить дурака в честном споре — значит получить врага на всю оставшуюся жизнь. Ночь надвигается… на всех выходах из гарнизона — меня ждут. И никому-то из командиров только что уволенный в запас сержант Ахинеев — более не интересен. Просил собственных начальников — "вы же все на машинах, ну, подвезите, хоть до вокзала". Мнутся, жмутся, строят глазки… Узнают! Ты — уедешь, а нам — тут ещё с "полковыми" служить и служить… Уроды… Только что выпущенный на волю "дембель" — практически беззащитен. Он ведь ещё беспаспортный, но формально уже не военнослужащий. Искалечь или даже убей — солдатика никто и не хватится… Спасибо родному взводу — перекантовался на поролоновом матрасике в "секретке" узла связи. И угадал, нашу "агрегатку" — ночью таки проверили "комендантские". Короче утром, не дожидаясь восхода, ушел по-партизански, тропинкой через лес, прямиком на междугороднюю трассу. Мимо городских улиц и всяких там вокзалов с патрулями… Ловить грузовую попутку… Ясно?