— А как тогда объяснить беспощадное насаждение "культа личности"?
Встретилась с Ленкой глазами. Не сказать, что перемигнулись (разные мы люди), но в данном случае — она мне слово без сопротивления уступила…
— Вячеслав Андреевич, вам кто нибудь говорил, что "культ личности" — страшно мешал Сталину работать? Он, как нормальный "окситоцинщик", статусом "живого бога" тяготился и с огромным трудом его терпел. Мучился "исключительно ради дела".
— Тогда зачем? — и этот человек считает "отца и учителя" примером для подражания?
— В начале 20-х годов ХХ века — более 90 % населения Советской России составляли крестьяне. Те самые "селюки"… С малолетства воспитанные в "патриархальной морали" и никакой иной жизни себе не представляющие. К концу 20-х годов — та же социальная масса составляла 90 % низших и средних руководителей страны. Тонкая прослойка "старых большевиков" и "коминтерновцев", буквально на глазах изумленных руководителей ВКП(б) — в этой массе "Ваньков с Пердуновки" (отличный термин, мне нравится) практически растворилась. Да, в руководстве НКВД, армии и государственных органах — расклад был иной. Но, включенные революцией "социальные лифты" действовали. Назревал острый кризис.
— Поэтому, в 1927 году, провалились все попытки Троцкого "перехватить управление" страной? — завхоз очень верно обозначил проблему…
— И поэтому же, в 1933 году — абсолютная власть над Германией упала в руки Гитлера.
— Так точно… — военная терминология — мне тоже начинает нравиться (исключительно скверный симптом, стремление принимать простые решения — признак, что действие стимулятора вот-вот закончится), — Если в 1927 году СССР был сыт, то острый продовольственный кризис 1929–1932 годов — дал Сталину возможность начать беспроигрышную политическую игру, используя "страх голода". Многим руководящим товарищам "с дореволюционным стажем" (никогда в жизни не голодавшим) малопонятный, но для "Ваньков с Пердуновки" предельно веский и наглядный. Из не слишком популярного "секретаришки", по мнению миллионов — Сталин превратился в "патриарха" и "отца-кормильца", тупо позволяющего жить. Вспоминаем козленка, прирученного Робинзоном Крузо и саркастические высказывания ушлого академика Бехтерева о "диких фанатиках" и бескровных методах восстановления порядка в "бунтующей психушке".
— Тот факт, что стремительное формирование "культа личности" на протяжении первой половины 30-х годов шло параллельно с ростом образовательного уровня населения — многие позабыли, — не замедлила плеснуть в огонь керосину Ленка, — Подавляющее большинство граждан СССР — научились толком читать и писать (!) как раз к концу 20-х годов. Довольно многие из них — уже занимая какие-то руководящие посты… Сами представьте, каково было работать с этаким "контингентом".
— "Усатый" взвесил шансы и видимо решил, что настал идеальный момент "проканать за своего" для подавляющего большинства народа, — язвительно прокомментировал её слова селектор, — Он попал в яблочко. Образ строгого, но справедливого "самца-доминанта", так похожего на деревенского отца семейства — оказался желанным "знаменем", к которому и потянулись душой вчерашние крестьяне, ошалевшие от творящейся вокруг неразберихи. Вера — она требует осязаемого "объекта поклонения"…
— Я так не смогу… — растерянно пробормотал Соколов, — Хотя, вашу мысль — понял.
— Вам — это не надо. Тут все городские и образованные, — утешила его филологиня, — Зато в начале 30-х, описанный "культовый образ" мудрого и непогрешимого вождя — требовался людям, как воздух. Кому-то — всё равно пришлось бы таким "символом" стать. Пожалеем задним числом Иосифа Виссарионовича…
— За его что жалеть-то? — откровенно перевел дух избежавший "канонизации" каудильо.
— Он вырастил себе могильщиков… — просто отозвалась Ленка, — "Медийный образ" великого вождя, плакатного "Сталина-вертикала" (который до сих пор заочно любят наши "сталинисты") и живой Сталин (с которым многим "выдвиженцам от сохи", по мере служебного роста, волей-неволей приходилось общаться накоротке), до отвращения умный и крайне скромный в быту невзрачный "горизонтал" — больно разрывали шаблон… Вызывали приступы дикой ненависти. "Не тому служим! Мы то с вами думали, а он оказался, на самом деле…" Вспоминаем отношение к вождю маршала Жукова и его "психологических двойников", послевоенных "начальников среднего звена", выслужившихся к концу 40-х годов, по спинам которых, в середине 50-х — к высшей власти в стране прорвался Хрущев… Тех, для кого в основном предназначался его доклад "О культе личности" на ХХ съезде партии.