— Люди — не лемминги! — каудильо резко осекся, покосился в мою сторону и глубоко вдохнул… — Галина?
— Да, они крупнее и хитрее… Но, стадный инстинкт, обезьянья мораль и нежелание думать головой — те же самые. Теоретически, от бескормицы надо бежать в пустоши… Но, эта стратегия не гарантирует 100 % успеха и требует определенных личных качеств. Поэтому, толпа "хомячков" бежит туда, куда и остальные. Искренне полагая, что большинство не может ошибаться. Отчего настает катастрофа. В потоке "транзитных беженцев", следующих через Ленинград летом 1941 года — хватало "умных" и желающих "действовать наверняка". Зачем уезжать к черту на кулички? Вот он, за окном вагона — огромный богатый город с великолепным "столичным снабжением" и без следов бомбежек. "Коренные ленинградцы", что характерно — думали точно так же.
— Знаю про этот парадокс… — нахмурился Соколов, — В войну все крупные города наводняются беженцами, рассчитывающими переждать смутное время в приличном месте. Не так глупо, кстати. За городом, "пришлых городских" или "чужаков" — неизменно грабят и убивают… По-вашему, Галина, проблема решения не имеет?
— "Идеального" или "всех устраивающего" — точно нет. Сами видите, что у нас творится.
— Не хитрите! — начальство сердится, — Был в 1941 году простой и надежный способ спасти "блокадников", без химической магии и прочих фокусов? Посильный "там и тогда"? Я вас, как профессионал спрашиваю.
Интересно, у меня судьба, то и дело играть в "русскую рулетку" или это день такой? Вот сейчас отвечу и смертельно оскорблю приличного человека, искренне верящего в хорошие вещи. От работы с документами в "спецхране" — цинизм проникает в плоть и в кровь. Хорошо, рискну ещё разок.
— Конечно — был! "Из каждого безвыходного положения — есть не менее трех выходов!"
— Например? — не хочет верить… — Что мог предпринять Жданов? На крайняк — стоящий за ним Берия?
— Пользуясь военным положением, потребовать всех штатских, без ленинградской прописки, в течение 24 часов, с носильными вещами, трехдневным запасом продуктов и документами (или без таковых) добровольно явиться на сборные пункты, для депортации… Без "повесток". Зачитать приказ через уличные репродукторы. Предупредить, что по истечении срока — нарушителей, по законам военного времени, будут расстреливать на месте обнаружения. Сразу, публично, без суда и следствия.
— ???
— Сапогами и прикладами забить "улов" в товарные вагоны, сколько туда влезет. Опечатать. Приставить охрану. Вышвырнуть "человеческий шлак", не разбирая заслуг, чинов и званий, за пределы городской черты. Свалив сортировку и расселение "проблемного контингента" на районное начальство в тылу. Ибо не фиг…
— Так не делается!
— Разве? Я описала депортацию поволжских немцев 28 августа 1941 года. Там за первую неделю вывезли на восток больше 600 тысяч человек… Подготовка операции заняла двое суток. Обошлись местными силами НКВД. Причем, на сборы — дали один день, а к вечеру второго (после оглашения Указа) — все депортируемые уже ехали куда надо. Ваши коллеги — справились с "задачей-летучкой" быстро и четко, даже не вспотев…
— Мои?
— Летом 1941 года — отдельного МЧС в стране ещё не было.
— Ну, так немцы — не сопротивлялись. Зато, могу представить облаву на укрывающихся от депортации в прифронтовом Ленинграде. Наверняка бы до стрельбы дошло…
— А чего представлять? Вместо двух дней — провозились бы неделю. Горную Чечню, зимой 1944 года — прочесали вдоль и поперек за две недели. Хотя, у чеченов были артиллерия с пулеметами. Депортировали, как миленьких… Всех, от мала, до велика. Опыт почти мгновенной переброски за сотни и тысячи километров многомиллионных человеческих масс — к середине ХХ века был накоплен богатейший. Что бы очистить город от путающихся под ногами "гражданских", в августе 1941 года Жданову достаточно снять телефонную трубку и отдать приказ. Обстановка — не просто располагала — буквально призывала… И? Такая мысль просто не пришла в голову! Ни самому Жданову, ни его подчиненным. Иначе, остались бы бумаги… или упоминания.
— Вы серьезно? — надо же, огонек в глазах загорелся. Близкая тема. Сколько он этих беженцев уже повидал.
— Понимаете… Большинство будущих "жертв Блокады" — не ударило для своего спасения палец о палец. Думали, что "в толпе — отсидеться вернее". Но это — местные… Про "транзитных" пассажиров, которым, для спасения от смерти достаточно было тупо не покидать вагонов, нет цензурных слов. Десятки тысяч взрослых, семейных (!), искушенных начальников, в едином порыве — натурально спятили. Шли на хитрости, тратили громадные деньги, напрягали "связи". Результат? Сдохли и уморили своих родных, прихватив "за компанию" пару-тройку миллионов "коренных" ленинградцев. Скупив за золото украденный у них пайковой хлеб. Было?