— Ясно, — отозвался Лев Абрамович, — На каждом "уровне" тусят особые специалисты. Компьютеры пользуют "сисадмины", наладчики, программисты… Людям — парят мозги психологи… психиатры… невропатологи… Кстати, какую роль выполняют в организме "биохимические" регуляторы поведения?
— Это — "машинный код"… Гормоны — отдают нервной системе всех уровней приказы, "обязательные к исполнению". Нормальный среднестатистический человек — подобным "командам нулевого уровня" противиться не способен.
— Почему?
— Биохимия — напрямую управляет эмоциями. Собственно говоря, она и есть "чувства". Которые, для человека — "превыше всего на свете". Ну, машинный код!
— А как же разум?
— Никак! Биохимия — "нулевой уровень" управления нервной системой. Она — вещь в себе. И разум — сам по себе… Сознание ("вторая сигнальная система") у человека "высший орган управления". Только обслуживает оно "хотелки" (которыми обычно заправляет "первая сигнальная система", она же "зверь"). А чего хочется "зверю" — диктует гормональный баланс организма, тесно связанный с оценкой ситуации, производимой и сознанием, и "зверем" совместно. Рассудок — сидит в этой конструкции на "птичьих правах и приставном стульчике". С высокой "типа наукой" психологией — данная суровая реальность соприкасается крайне мало.
— В смысле?
— Психология — обращается преимушественно к "разуму", хотя в действительности — живого человека тащат по жизни "чувства".
— Но, встречаются же и исключения…
— А как же!
— И что тогда?
— Как называется, когда компьютер перестает реагировать на "аппаратные прерывания"?
— "Зависание"… — Лев Абрамович ловит мои мысли на лету, — Надо давить "Reset" и перезагружаться… Мало ли, что он там, внутри себя, удумает… А вдруг — вирус активизировался?
— И где у живого человека находится кнопка "Reset"? — молчат… даже Ленка молчит.
— Ну и лексикончик у вас, Галина… — меланхолично прокомментировал каудильо, — Сколько высших образований?
— Четыре! — очнулась Ленка, — У дедушки, у мамы с папой и, как бесплатное приложение, своё собственное! По себе знаю, что это за жуткая штука, расти в семье потомственных инженеров… — и закатила глаза, изобразив жутко замордованную бытом и семью гномами Белоснежку, — А насколько тяжелое детство выпадает внучкам академиков — просто не передать словами… "За бугром" — меня постоянно принимали за "русскую шпионку"… Твои родаки — спецы по электронике? — осталось молча кивнуть, — Сочувствую! Оттого в кулинарию подалась?
Раз, два, три… восемь, десять… девятнадцать, двадцать… На граничащие с хамством выпады — я не отвечаю принципиально… Но, злопамятность у меня "питерская". Отомщу, забуду и ещё раз отомщу… Зря она меня так. Звонок телефона грянул удивительно кстати. Четвертый час утра… Интересно, кому не спится в ночь глухую?
— Але-е-е… Кого надо? Что?! — сам по себе голос Ахинеева в трубке, не чудо. Он частенько дежурит на узле связи и вполне способен позвонить одинокой женщине в разгар "тихого часа", — Не поняла… Повторите. Даю! — так бы и сказал, что ему завхоз нужен. А то удумал — "Можно мне к вам присоединиться?" Остряк самоучка…
— Галочка, вы разрешаете? — и завхоз туда же… Наверное, сумасшествие нашего главного оратора заразно.
— Куда? Здесь и нам самим шевельнуться негде!
— Он не лично, а виртуально, по "громкой связи"…
— ???
— Куда вы засунули "матюгальник"?
— ???
— К вам солдатик сегодня… — помялся, осознав произнесенную глупость, — пардон, уже вчера… приходил?
— Ну… Я не помню… — у меня, в тот момент, мысли оказались заняты совершенно другими проблемами.
— Гляньте у входа… Белая картонная коробка, — действительно, стоит. Получается, не заметила. Или забыла.