Чем меньше мы знаем, тем больше подозреваем.
Чем тоньше лед, тем больше всем хочется убедиться, выдержит ли он.
Я не знал никого, кто дожил бы до ста лет и был бы интересен чем-либо еще, кроме этого.
Аристократ: демократ с набитыми карманами.
Близнецы: на два больше, чем нужно.
Брак: алтарь, на который мужчина кладет свой бумажник, а женщина свои любовные письма.
Достаточно: чуть-чуть больше, чем надо.
Дьявол: Отец Лжи; однако он не позаботился запатентовать свое изобретение, и теперь это занятие страдает из-за избыточной конкуренции.
Молчание: один из наиболее трудноопровергаемых аргументов.
Одиночество: место, куда хорошо заходить в гости, но не жить там.
Оптимист: тот, кто женится на сестре своего лучшего друга.
Опыт: школа, в которой человек узнает, каким же он был дураком.
Собака: единственное существо, которое любит вас больше, чем вы сами.
Добродетель состоит не в отсутствии страстей, а в управлении ими.
Человек, у которого нет врагов, действительно беден.
Любовь смотрит через телескоп, зависть – через микроскоп.
Разрушенная репутация подобна разбитой вазе – ее можно склеить, но всегда заметны поврежденные места.
Опыт увеличивает нашу мудрость, но не уменьшает нашей глупости.
Природа никогда не ошибается; если она порождает дурака, значит, она этого хочет.
Слабого человека лучше иметь своим врагом, чем другом.
Эдвард Эверетт
(1794—1865 гг.)
государственный деятель
Образование – лучший страж свободы, чем развернутая армия.
Ралф Уолдо Эмерсон
(1803—1882 гг.)
философ, писатель,
поэт, эссеист
В конечном счете любовь не что иное, как отражение в людях собственных достоинств человека.
В молодости мы бываем реформаторами, в старости – консерваторами. Консерватор ищет благосостояния, реформатор – справедливости и истины.
В сумасбродстве есть надежда, в заурядности – никакой.
В этом мире каждый человек не столько творец, сколько его предвестие. Люди несут в себе пророчество будущего.
Важна не уединенность места, а независимость духа. Поэты, жившие в городах, все равно оставались отшельниками.
Великие деяния показывают, что вселенная принадлежит каждому человеку, живущему в ней.
Влияние идей пропорционально. В качестве объектов науки они доступны немногим. Но все люди могут возноситься благодаря благочестию или страсти в их края. И ни один человек не прикасается к этим божественным натурам без того, чтобы самому не становиться в известной степени божественным. Подобно новой душе, они обновляют тело. Мы становимся физически подвижными и светозарными; мы шествуем по воздуху; жизнь перестает быть тягостной, и нам кажется, что она никогда уже более таковой не будет. Никто не боится в их ясном и светлом обществе старости, или несчастья, или смерти, ибо среди них человек занесен далеко за пределы изменяющегося. Пока мы глядим на обнаженную природу Справедливости и Истины, мы ознакомляемся с различием между абсолютным и условным, или относительным. Мы познаем абсолют. Мы словно впервые существуем, мы становимся бессмертными, ибо узнаем, что время и пространство суть отношения материи; что они не имеют никакого сродства с восприятием истины или добродетельной волей.
Великие люди примечательны больше своим размахом и широтой, чем оригинальностью.
Величайшая почесть, которую можно оказать истине, – это руководствоваться ею.
Вера состоит в признании доводов души; неверие – в их отрицании.
Во всяком творении гения мы узнаем собственные отвергнутые мысли.
Всегда делай то, что ты боишься сделать.
Всякая стена – это дверь.
Годы учат многому, чего дни не знают.
Дети героя далеко не всегда бывают героями; еще менее вероятно, что героями будут внуки.
Язык – это окаменелости поэзии.
Для высокой дружбы необходимо одно условие – способность обходиться без нее.
Добродетельные люди черпают силы даже в слабостях и недостатках.
Доброта должна быть не лишена известной твердости, иначе это не доброта. Когда проповедуют любовь, в которой излишне много хныканья и слезливости, в противодействие надо учить ненависти.
Другом является такой человек, с которым я могу быть искренним. В его присутствии я могу думать вслух.
Единственный путь найти друга – быть им.
Если хочешь, чтобы тебя любили, учись чувству меры.
Если человек взыскует красоты не потому, что того требуют от него вера и любовь, но ради наслаждения, он деградирует как человек.
Живущим для будущего неизбежно приходится выглядеть эгоистами в глазах живущих одним настоящим.
Жизнь – это вечность в миниатюре.
Знание существует для того, чтобы его распространять.
Истинный показатель цивилизации – не уровень богатства и образования, не величина городов, не обилие урожая, а облик человека, воспитываемого страной.
Каждое зло, перед которым мы не пасуем, – это благодеяние.
Картины не должны быть слишком картинными.
Когда глаза говорят одно, а язык другое, опытный человек больше верит первым.