При этом оголилась левая грудь Клары.
Платье у нее – нельзя руки поднимать.
Заявление и вид Клары вызвали одобрительный всплеск толпы. — Но прежде, чем я начну петь, я скажу… — Клара сделала многозначительную паузу. — Я написала эту песню специально для Афродиты.
Я увидела Афродиту.
И в моей голове сразу зазвучала мелодия.
На нее легли слова.
Пять минут и – песня готова.
Сегодняшний вечер пропитан романтикой.
Гости.
Угощение.
Приятные организаторы и хозяева.
Я в жизни не испытывала подобного вдохновения.
Афродита стала для меня музой. — Клара неотрывно смотрела на меня.
Мое сердце бешено колотилось.
Я хотела спрятаться под столик. – Скоро я покину этот крейсер.
Но воспоминания о вас, дорогие гости, об Афродите навсегда останутся в моем сердце.
Дорогая Афродита!
Мне повезло.
Если ты хотя бы наполовину будешь испытывать то, что я сейчас испытываю – огромная для меня радость.
Я желаю, чтобы ты стала втройне счастливее.
Итак…
Песня для моей Афродиты». — На этот раз Клара не пользовалась услугой музыкантов.
Они бы не успели выучить мелодию.
Клара включила музыку.
«Я ослышалась? — Я шептала Елене. — Кто придумал эту пытку?
Зачем Клара вышла со своей песней?
И почему – ко мне?
Я считаю, что она издевается надо мной.
До этого момента у меня были сомнения – играют ли Эстела и Клара против меня.
Теперь мои сомнения рассеялись.
Да.
Они забавляются за мой счет».
«Но Клара сочинила песню для тебя, — Елена сжала мою руку. — Многие считают это очень милым.
Лишь ты ищешь подвох».
«Конечно, я ищу подвох, - я злобничала. – не может Клара влюбиться в меня за пару минут.
Да еще песню якобы сочинила.
Эстела подговорила Клару.
Ведь они давние подружки».
«Ты придумала все, Афродита».
«Нет, Елена.
Ты сама сейчас лукавишь.
Ты прекрасно видишь, что творится сейчас.
А творится издевательство надо мной.
Я раскусила Клару».
«Сначала послушаем песню», — Елена нежно на меня смотрела.
«Мне ничего не остается другого, как слушать, — я заскрипела зубами. — Все только на меня и смотрят.
Если я заткну сейчас уши или попробую уйти, то меня забросают бокалами и бутылками.
Посчитают меня неблагодарной сукой».
«Ого!» — Елена даже глазища распахнула.
Я прислушалась к музыке.
«Да.
Клара не обманула, — я прошептала. – Песня написана для меня.
Я в детстве любила ее напевать в постели перед сном». — Я глядела в лицо Клары.
Меня переполняли чувства.
Я боялась, что они вырвутся наружу.
Пронзительно-золотые глаза Клары остановились на мне.
Прозвучали слова о жирафе на луне.
О романтической розе…
Меня ударило в сердце.
«Понравилась песня?» — Елена смотрела на меня с тревогой.
«Как мне не понравится песня, которую я люблю с детства».
«Но Клара сказала, что сама сочинила песню…»
«Клара лишь изменила пару нот.
И добавила свои слова.
Песня звучит по-новому.
Но в ней остается очарование прошлой песни.
Это все означает, что кто-то нарочно рылся в моем прошлом.
А оно, между прочим, засекречено.
Работа у меня – не для посторонних глаз.
Кто-то подослал Клару.
Дал ей эту песню.
Мне показывают, что много узнали обо мне.
О моем детстве».
«Твоя работа засекречена, Афродита.
Но твое детство вряд ли… было засекречено».
«Я повторяю, Елена.