Моя улыбка привлекла многих.
Я мечтала ненадолго раствориться в дружеских объятиях.
Хотела забыть бурлящие в голове вопросы об Эстеле и ее Елене.
Капитан Лоретти в парадном мундире сидел за столиком около бассейна.
Лоретти что-то записывал в изящный голограф.
Рядом с капитаном стояла дорогая кифара.
Все вместе создавало головокружительную атмосферу любви.
Я прислонилась к переборке.
Слышно, как за стеной гудят ретрансляторы кислорода.
Капитан Лоретти поднял кифару.
Щипал струны.
Затем отставлял музыкальный инструмент.
Что-то бегло набирал в голографе.
Какой красавец!
Если бы у меня был под рукой голограф, то я запечатлела бы капитана Лоретти на фоне кифары.
Сейчас не верилось, что капитан Лоретти был отчаянным космотанкистом.
Он купался в лучах славы.
Герой.
Любимец командования.
Для всех он был сверхновой ярчайшей звездой.
«Сочиняешь балладу о войне с жухраями, капитан? — Я спросила тихонько. — Не хочу тебя тревожить».
«Афродита?
Майорша Афродита? — Капитан поднял голову.
Улыбнулся мне. — Я ушел от суеты праздника.
Мелодия боя ложится на струны». — Он снова щипнул струны кифары.
«Музыка мне кажется знакомой.
Это – свист - расплавленного бластерной пушкой - металла?»
«И да, и нет.
Вариация на тему космического боя».
«Ты выложишь музыку в сеть?»
«Нет.
Я же военный.
Нам нельзя общаться в социальных имперских сетях.
А в общевойсковую сеть мне выкладывать стыдно.
Капитан, а дергает струны кифары.
Мои боевые товарищи меня не поймут.
Я должен сейчас пить и гулять.
Так что музыка только для меня.
Она не подойдет…»
«Не подойдет? — Я поморщилась. — Ты пытаешься втиснуться в форму, из которой вырос.
Ты вырос в музыкальном таланте, Лоретти.
Но пока это не понимаешь».
«Я играю то, что мне нравится.
По крайней мере – для души.
Здесь, на космокрейсере…» – Он снова провел белыми тонкими пальцами по струнам.
Я улыбнулась:
«Сыграй что-нибудь, Лоретти.
Для меня.
Спецом для меня».
«Очень», — Лоретти прикоснулся к струнам. — Я отправилась в уютную комнатку отдыха.
На ходу тянула с себя маленькое красное платье.
Музыка на секунду прервалась.
Затем продолжилась.
Капитан Лоретти запел о космосе, о красоте боя, о звездах.
Я обнаженная растянулась на диванчике.
Натуральная кожа бегемота приятно холодила мою кожу.
Я неотрывно смотрела, как капитан Лоретти сочиняет музыку специально для меня.
Спустя пару куплетов Лоретти поднял глаза.
«Ты заглянул в мою душу.
Туда еще не добирался ни один мужчина, — я протянула. — Я по долгу службы много летала по Империи.
Общалась с кучей знаменитостей.
Но никому не удалось сблизиться со мной настолько, чтобы увидеть мою душу.
Рядом с тобой я расслабилась, Лоретти.
Потеряла мысли».
«Я это заметил, Афродита.
И пел тебе об этом.
Я не знаю, пугаться или восхищаться.
Наверно, все сразу… — Лоретти закончил песню.
Не отрывал от меня взгляда: — Понравилась песня?
Ты получила то, что хотела, Афродита?»
«Да, я получила.
Первую часть задуманного я получила».
«Есть еще и вторая часть, Афродита?» — капитан Лоретти отставил гитару.
Я раскинула руки.
Пусть Лоретти сам поймет:
«Иди ко мне, Лоретти.
Немедленно».