Продержись час.
Я говорил себе так каждый день.
В десять часов. В одиннадцать. В двенадцать.
Продержись час.
Вдруг сбоку послышалось шевеление. Повернув голову, я увидел длинные светлые волосы, разметавшиеся по подушке и напоминающие солнечный свет.
Леонор мирно посапывала на моей вытянутой руке, сжимая пальцами бицепс. Ее ресницы трепетали, а с губ срывались тихие выдохи, из-за которых кровь тут же прилила к моему члену. Наполовину укрытая одеялом, она выглядела так соблазнительно, как самый сладкий грех.
При взгляде на нее голоса в голове успокоились и стали тише. Я облизнул нижнюю губу, опустив взгляд и увидев ее пыльно-розовые соски, словно умоляющие меня пососать их.
Вот причина, по которой я всё еще был здесь.
Моя маленькая Венера.
Я забрал ее вчера вечером и привез к себе домой, как какой-то школьник, скрывающий девушку от родителей. Мы с Бишопом были как два сапога пара. Он прятал меня от Дарси, а я прятал от него Леонор.
Я понимал, почему она никому не доверяет тайну своего рода. Это слишком большие риски для ее близких, учитывая, что Круг несколько раз пытался убить ее.
Леонор Монтгомери была загадкой, которую пытались разгадать на уроках истории.
Кто и почему прервал род основателей? Какими они были – София и Тристан Милосские? Что было бы, останься Венера Милосская в живых?
Они были самой таинственной, но в то же время влиятельной семьей в Таннери-Хиллс, однако… Казалось, у Леонор имелась другая причина держать правду при себе. Но какая? Чего она боялась?
– М-м-м… Малакай, еще…
Я резко поднял взгляд к ее лицу, но понял, что она спит.
На губах появилась наглая улыбка.
Моя девочка даже во сне не могла насытиться мной. Я измотал ее прошлой ночью, когда она вошла в спальню в одной розовой сорочке и перегнулась через мои колени, чтобы забрать с другой половины кровати телефон. Ткань обнажила ее округлую задницу, и я не сдержался, притянув ее к себе для поцелуя.
И не только.
Она так хорошо принимала меня, пока без стеснения скакала на моем члене и гналась за собственным удовольствием. Черт, даже при воспоминании об этом меня охватило возбуждение.
Несколько лет назад я случайно увидел ее дневник и, не справившись с любопытством, заглянул внутрь. Какового было мое удивление, когда я увидел, что она хочет быть оттраханной в бессознательном состоянии.
Леонор продолжала удивлять меня. Однако тогда я не успел воплотить ее желание в реальность.
Погрузив пальцы в ее шелковистые волосы, я слегка опустился и прихватил губами розоватый сосок. Леонор выгнула спину и, приоткрыв губы, издала тихий стон, при звуке которого мой твердый член прижался к ее бедру. Я прикрыл глаза и провел языком по ее коже, такой сладкой и пьянящей на вкус, что я никогда не устал бы наслаждаться ей.
Вдруг в голове возникла сцена из библиотеки.
Я знал, что еще ей понравится.
Осторожно отстранившись от Леонор, я выпутался из одеял и схватил с прикроватной тумбочки свой телефон. Установив его так, чтобы в камере были видны наши тела, я начал запись.
– Просто посмотри на нас, маленькая Венера. Посмотри, как идеально мы подходим друг другу.
Я вернулся в прежнюю позу и провел ладонью по изгибу ее бедра, сорвав с влажных губ хныканье. Она сильнее вцепилась пальцами в мою руку, но не открыла глаз, находясь на грани сна и бодрствования.
– Малакай… Пожалуйста…
Я опустил ладонь к ее киске, медленно провел по ней средним пальцем и заурчал от удовольствия, почувствовав, как она возбуждена. Из нее всё еще вытекала моя сперма, которую я не разрешил вытереть ей, превратившись в одичалого человека.
Она делала меня таким.
Совершенно обезумевшим.
Леонор принимала таблетки, но это только пока. Когда-нибудь она будет носить моего ребенка или, что еще лучше, сразу нескольких.
Возможно, я был ненормальным, но думал об этом с давних пор. Всегда знал, что она будет матерью моих детей. Знал, что буду наполнять ее своей спермой до тех пор, пока она не пошлет меня к черту.
Я приник губами к ее шее и втянул в рот мягкую плоть, одновременно приподняв ее ногу, чтобы закинуть на свою. Кончик моего члена нашел ее вход, так нуждающийся в моем присутствии, и я начал медленно водить им снизу-вверх.
Из Леонор вырвалось сонное хныканье, когда я затронул ее пульсирующий клитор. Она зажмурилась, но сильнее качнула бедрами, приглашая меня войти в нее.
Блядь, этот вид. Это чувство. Эта девушка.
– Сильнее… Не останавливайся…