Остановившись напротив Малакая, я положила руку на бедро и приняла позу.
– Я присуждаю первое место вам, Леонор Монтгомери, – прохрипел он. – Корона по праву ваша.
– Подожди, это только первый комплект. Я собираюсь забрать всё, что вместится в твой рюкзак.
Через пару минут я прошествовала по импровизируемому подиуму в голубом белье.
– Берем, – кивнул Малакай.
Затем в черном.
– Это тоже берем.
После него в красном.
– Господи, – пробормотал он. – Ты будешь носить это каждый день.
Я надулась.
– А как же розовое?
– Утром розовое, днем голубое, вечером красное, а ночью никакое.
Развернувшись к нему спиной, я откинула за спину волосы.
– Сама решу.
Из меня вырвался визг, когда он шлепнул меня по заднице. Я прижала ладони к пылающим ягодицам и бросила на него рассерженный взгляд.
– Ты хам, Малакай Картрайт.
– Переоденься, иначе я трахну тебя на этом диване, – тихо прорычал он.
Я соблазнительно улыбнулась и двинулась к раздевалкам, покачивая бедрами, чтобы вывести его еще сильнее.
– Раскрасим зеркала твоей спермой.
Он зарычал и поднялся с дивана.
Я расхохоталась, бросившись в конец зала.
После моего импровизированного шоу Малакай достал баллончик с краской, и я завизжала от радости, придумав очередную пакость. Мы нашли в подсобке прозрачную пленку и растянули ее от одной стены до другой, после чего я большими красными буквами написала: «SIREN`S SHAME»11[1].
Ну и где я не права?
– Сфоткал?
– Да.
Я закинула биту на плечо и показала средний палец.
– Сфоткал?
– Да.
Затем развернулась задницей к камере, высунув язык.
– А сейчас сфоткал?
– Да.
– Не ври! Я вижу, что сейчас ты не сфоткал!
– Потому что твою задницу могу видеть только я.
– Вообще-то я снимаюсь и в более откровенных фотосессиях.
Его глаз дернулся.
– Я не буду фотографировать тебя в такой позе.
– Собственнический мудак.
– Спасибо за комплимент, – мило улыбнулся Малакай, и мне захотелось ударить его по лицу. – Если ты хочешь светить своей пятой точкой, то все должны знать, кому она принадлежит.
Я сложила руки на груди.
– Ну тогда вставай рядом.
Мои глаза удивленно распахнулись, когда Малакай закрепил телефон на столике, где лежали модные журналы, и подошел ко мне. Он в принципе редко фотографировался. Именно я всегда инициировала сделать кадр на память.
Из меня вырвался писк, когда он подхватил меня на руки, сжав ладонями мою задницу. Я вцепилась в его плечи и изумленно заглянула в голубые глаза, горящие дерзким огнем.
Он прижался поцелуем к той части маски, где находились мои губы.
– Позируй, Куколка.
Сначала я прогнулась в спине, чуть не коснувшись головой пола, и показала два средних пальца. Затем перелезла ему на спину, сотрясаясь от смеха. После этого мы встали спиной к спине, представив себя Бонни и Клайдом. Потом Малакай опустился передо мной на колени, а я поставила ногу на его плечо.
Черт, я даже не могла вспомнить, когда столько смеялась. В груди расцвело заветное чувство легкости, и мне хотелось остаться в этом моменте до конца своих дней.
Мы разнесли к чертовой матери весь магазин, украли деньги и нижнее белье, разрисовали стены, словно были сумасшедшими подростками, которым плевать на законы.
Я встряхнула баллончик и начала выводить буквы:
V + K
Венера и Кайден.
– Как думаешь, какая реакция будет у Алисии, когда она…
Вдруг вдалеке раздался вой сирен. На меня накатила волна паники, когда я поняла, что они едут в нашу сторону.
– О, черт, – выдохнула я и посмотрела за разбитое стекло. – Черт, Малакай, пора валить отсюда!
Он резко схватил меня за запястье, когда я бросилась к выходу.
– Подожди.
– Ты серьезно одеваешь меня, когда сюда едет полиция? – завизжала я.
Он наградил меня грозным взглядом, продолжая снимать свою кофту.
– Да, потому что ты не поедешь по такой погоде в одном, блядь, лифчике.
– А трусики тебя не смущают?
Малакай застегнул на мне молнию до самого подбородка, после чего быстро потянул меня к выходу.
– Смущают, но джинсы ты надеть точно не успеешь. Оттяни ткань ниже, иначе дома я тебя отшлепаю. Хотя я в любом случае тебя отшлепаю, потому что если ты что-то застудишь, я тебя убью.
– Ты такой милый.
– Быстро на мотоцикл.
Я прыгнула на сиденье и обвила руками талию Малакая. Он резко выжал газ. Мы сорвались с места как раз в тот момент, когда позади появились три полицейские машины.