Я даже не помнил, чем сегодня занимался. Гараж, завод, клуб… Клуб. Последнее время Бишоп зачастил с посещениями «Чистилища Данте», и я надеялся, что это не связано с дочерью главы совета, хотя чутье подсказывало – дело именно в ней.
Я не одобрял его поступок, который он совершил ради моего спасения, но не мог отмотать время назад. Ему не нужно было вмешивать в это невинную девушку. Хоть Ричард Ван Дер Майерс возглавлял мой личный список мести, его дочь к произошедшему никак не относилась.
Ван Дер Майерс.
Я чуть не отрезал себе палец, когда мысленно произнес эту фамилию. Потому что ненавидел его почти так же сильно, как Адриана.
Ричард был одним из тех монстров, которые работали на Круг, а скорее всего им же и управлял. Выстрел в воздух, который совершил Бишоп с похищением Дарси, открыл нам глаза на правду. Ван Дер Майерс отдал приказ отпустить меня, когда его дочь оказалась в опасности, поэтому…
Что ж, его дни были сочтены. Даже без доказательств причастности к секс-трафику, пролегающему в Таннери-Хиллс, мы могли разрушить его империю.
Пока богачи думали, что Синнерс умирал от голода, он готовил войну. Не просто так мы веками налаживали связи с преступными кланами.
Месть стала моим спасением. Я жил ради того, чтобы добиться правосудия.
Убить их всех.
Заставить страдать.
Накормить своими же грехами.
Когда я добьюсь своего, всё закончится.
Всё.
Внезапно в другой стороне дома раздался щелчок закрывающейся двери. Я недоуменно нахмурился, услышав шаги. Кто это? Адриан уехал в Италию, а Бишоп, наверное, уже укладывал Татум спать.
Через пару минут на кухне раздалась тяжелая поступь. Когда я опустил голову и увидел начищенные туфли, остановившиеся рядом со мной, то не сдержал смешка.
– Неудачная командировка?
Ответом мне послужила лишь тишина.
Стиснув челюсти, я продолжил нарезать овощи.
Хорошо.
Адриан протянул руку над моей головой и, открыв дверцу кухонного шкафа, достал с верхней полки бутылку виски.
Боковым зрением я заметил его осунувшееся лицо. Удивительно, но каких-то десять лет назад на его месте стоял здоровый мужчина, который смотрел на своего родного сына с гордостью во взгляде, когда тот пытал и убивал людей.
Вот оно – его извращенное понятие любви, которое Бишоп никогда не понимал. Зато понимал я, но меня им не награждали.
Сейчас же передо мной находилась тень. Такая же обезличенная, как и я.
Адриан отвернулся и двинулся к выходу.
– Во сколько мне завтра прийти на совещание?
В идеальной тишине раздался его глоток.
– Или мне вообще не приходить?
Ничего. Никакого ответа. Никакой реакции.
– Я спрашиваю, потому что мне нужно решить несколько дел на заводе.
Молчание.
Крепче перехватив нож, я замахнулся и вогнал его в разделочную доску.
– Ты можешь, блядь, ответить мне?! – сорвался я на крик.
Выстроенные стены медленно рушились, когда рядом находился он. Кирпич за кирпичом они рассыпались, заставляя меня кипеть от гнева и обиды. Я старался взять эмоции под контроль, но было поздно.
Слишком, блядь, поздно.
Я резко развернулся и сжал кулаки. Адриан стоял в дверном проеме спиной ко мне. Как всегда спокойный и собранный.
– Ударь меня. Кричи на меня. Сделай, блядь, хоть что-нибудь, но перестань игнорировать меня!
Теперь мое тело сотрясала крупная дрожь. Я ненавидел себя за очередной срыв в его присутствии, но не мог унять бурю в груди.
Не трать силы, Малакай. Ему всё равно.
– Что я сделал не так, отец? Я спасал твоего родного сына от твоей же сумасшедшей жены. Я посвятил ему каждый день своей жизни, когда этого не сделал ты. Я получал лучшие оценки в школе, пошел работать в шестнадцать, убивал и калечил по твоему приказу. Но ты никогда не замечал меня. Ни разу за эти гребаные годы ты не назвал меня по имени!
Воздух шумно вырывался из легких. Я провел ладонью по волосам и потянул за пряди, чтобы унять боль в голове. Под ребрами. В груди. Во всем теле, которое я так сильно хотел очистить от грязи.
– Если бы не Бишоп, они бы довели меня до самоубийства, – усмехнулся я, смотря ему в спину.
Эту картину я видел всю свою жизнь, потому что он всегда отворачивался от меня.
– Ты знаешь об этом? Знаешь, что мне пришлось пережить в катакомбах Круга? А знаешь, что ты один из тех, из-за кого я там оказался? Как тебя не замучила вина? Как ты не сдох от осознания, что твой сын стал, блядь, рабом, потому что когда-то ты перешел дорогу не тем людям?
Он не ответил.
Конечно, он не ответил.