Не понял, когда начал расчесывать предплечье с клеймом.
Нет.
Резко одернув руку, я сконцентрировал внимание на человеке, сидящем рядом.
Дарси посмотрела на меня потерянным взглядом и… улыбнулась.
– У меня есть брат.
И после этой фразы тьма начала медленно отступать.
Моих губ коснулась небольшая улыбка.
– А у меня есть сестра.
Глава 34
Наши дни
Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем Дарси и Малакай спустились в гостиную, но за эти минуты я чуть не убила Бишопа двадцать три раза.
Он то пыхтел мне под ухо, то собирался ворваться в кабинет Ричарда, то скакал по комнате, как умалишенный, потому что его оставили за бортом. Слава богу, вскоре в особняк приехали Алекс, Джереми, Эзра и Татум, поэтому его внимание переключилось.
– Привет, сучка.
Татум подошла ко мне и пихнула меня бедром.
– Тебе того же, сучка, – ответила я и хлопнула ее по заднице. – Классные джинсы.
– У тебя тоже.
Челюсть Джереми отвисла, и он посмотрел на нас так, будто мы вырастили по три головы.
– Я что-то пропустил? Почему вы не рвете друг на друге волосы?
Мы с Татум переглянулись.
– Долгая история, – усмехнулась она.
И кажется, наступил день, когда каждая история будет высказана.
Джереми подхватил меня на руки и закружил, радуясь моему возвращению. На лице Алекса появилась маленькая, совсем крошечная улыбка, когда я обняла его и прошептала на ухо, что сегодня утром благодаря ему сделала Монтгомери на несколько миллиардов беднее.
Увидев Эзру, я почувствовала душащий ком в горле.
– Без тебя было скучно, Барби.
Я пожала его холодную ладонь и увидела шрам на тыльной стороне, пересекающий татуировку.
– Что значит этот символ? – спросила, проведя пальцем по его коже.
Он отстранился.
– Ничего особенного. Очередная легенда из мифологии, которую любила мама.
Тяжесть в груди стала сильнее.
Мы вшестером расположились в роскошной гостиной на мягких диванах из дымчато-серого шенилла. Раньше я часто проводила здесь время, делая уроки вместе с Дарси и обсуждая школьные сплетни.
Когда я впервые оказалась в этой комнате и увидела хрустальную люстру, отбрасывающую блики на деревянные панели в стенах, то задохнулась от восторга. Однако больше всего в особняке Ван Дер Майерсов мне нравился домашний кинотеатр и светлая кухня, из которой открывался вид на каменный фонтан во внутреннем дворе.
Татум и Бишоп напоминали меня в то время. Их взгляды изучали убранство особняка, словно они оказались во дворце королевы Великобритании. Джереми сидел на мягком ковре, а Алекс, как обычно, привалился плечом к дверному проему и хранил молчание.
Меня сковывало напряжение до тех пор, пока в гостиную не вошли Дарси и Малакай, лицо которого побелело, словно он увидел привидение.
Подорвавшись с места, я бросилась ему в объятия, и он подхватил меня за бедра. Мое сердце замедлило ритм, когда в нос проник знакомый запах, а Малакай зарылся лицом в мою шею, оставив на ней короткий поцелуй.
– Ты в порядке? – прошептала я.
– Если так можно сказать.
Я слезла с его рук и опустилась на пол, заметив, как Бишоп целует Дарси в лоб.
– Э-э-э… А что сейчас было?
Повернувшись на голос, я увидела распахнутые глаза Джереми. Он переводил взгляд с меня на Малакая, который продолжал обнимать меня за талию, пока Эзра непонимающе хмурился.
Я тяжело вздохнула.
– Думаю, нам всем нужно поговорить.
Мы расселись по гостиной, когда часы показали девять вечера. Малакай притянул меня между своих ног, заняв место на полу недалеко от камина, Бишоп и Дарси расположились напротив нас, а остальные – на диванах.
– Вечер откровений объявляю открытым, – провозгласила Татум, после того как Агнес принесла нам три тарелки с печеньем. – А теперь ответьте мне на вопрос. Какого хрена нам с Эзрой звонит Бишоп и говорит, цитирую, что Малакай и Дарси родные брат и сестра? Сегодня первое апреля?
– Было бы славно, – пробормотал Малакай и принялся рассказывать, что они узнали от Ричарда.
После каждого его слова я удивленно вздыхала, ловя подтверждающие кивки Дарси, крепче сжимала его ладонь и всхлипывала, ощущая их общую боль.
Я была готова услышать что угодно, но не это. Черт возьми, такое просто не могло уложиться в моей голове.
– Это сделала Аннабель? – сдавленно спросил Бишоп, не отводя взгляда от Малакая. – Она отдала тебя Стиксам?
– Да.
Дарси успокаивающе обняла своего парня, когда он стиснул челюсти, а его глаза вспыхнули жаждой насилия. Я могла поклясться, что сейчас он сорвется на кладбище, выкопает ее могилу и подожжет останки.