Как только его руки начали двигаться к моему нижнему белью, я наконец-то пришла в себя.
Резко оттолкнув Тайлера, я бросилась к выходу. Уже в следующую секунду он перехватил меня за руку, больно сжав запястье.
Из моего горла вырвался дикий вопль.
– Помогите! Кто-нибудь, на помощь!
Он толкнул меня к стене, и я влетела в нее, вовремя отвернув лицо и не разбив себе нос. Щека вспыхнула острой болью. У меня не было времени жалеть себя, поэтому я снова метнулась к выходу.
– Куда ты засобиралась, любовь моя?
Над головой послышался свист. Я резко остановилась, когда мимо меня пронеслась стрела и вонзилась в дверь со звучным хлопком.
Из глаз потекли слезы.
Нет. Пожалуйста, нет.
– Твой друг одолжил мне свой лук, – хмыкнул Тайлер, и я зажмурилась. – Неожиданно, но у меня прекрасная меткость. Пригодится, когда я буду заполнять своей спермой все твои дырочки.
Из горла вырвался всхлип. Липкий страх пробежался по телу и заставил меня задрожать. Я начала задыхаться от нехватки кислорода, когда услышала подступающие шаги. Ближе, ближе, ближе…
Возьми себя в руки!
Сражайся!
Дерись!
Но это бы не помогло. Тайлер был намного сильнее, вдобавок мог изрешетить меня стрелами. Это ведь Малакай отдал ему оружие, чтобы тот напугал меня? Как он мог так со мной поступить?
Мне нужно отвлечь его внимание.
Я сделала глубокий вдох.
Затем развернулась к Тайлеру с нервной улыбкой на губах.
– Ты не причинишь мне боль, если я… буду послушной?
Его глаза вспыхнули пламенем.
– Мне нравятся послушные девочки, Венера.
Он сделал шаг и, рванув меня к себе за запястье, впился в мои губы жестоким поцелуем. Лук с грохотом упал на пол. Меня замутило от вкуса его губ, но когда он проник языком в мой рот, я послушно приоткрыла его.
Никогда прежде я не испытывала такого отвращения. Тошнотворный ком зародился в горле, а всё внутри запротестовало, почувствовав чужое прикосновение.
Если смогу выбраться, то проведу неделю в ванне, чтобы смыть с себя его вкус.
– Такая сладкая, как я и думал, – прошептал Тайлер.
Он вновь приник в моим губам, с треском разорвал нежно-розовую рубашку, отчего пуговицы посыпались на пол. Когда Тайлер толкнулся в меня бедрами, я почувствовала его твердость и не смогла сдержать нового потока слез.
А затем…
Резко прикусила его язык.
– Блядь!
Тайлер взревел от боли и отшатнулся. Его рот покрывала кровь, а глаза бешено сверкали. Стараясь не поддаваться ужасу, я схватила стоящую рядом гитару и замахнулась. Он не успел отреагировать, как инструмент врезался ему в голову.
Я распахнула дверь и выбежала в коридор.
– Ты маленькая сука! – раздалось рычание за спиной. – Я, блядь, убью тебя!
Мои легкие горели от бега, но я неслась на такой скорости, что ничего не замечала. Порванная рубашка распахнулась, во рту стоял вкус крови, а волосы лезли в глаза, закрывая обзор.
В голове вспыхнула картина, как Тайлер догоняет и насилует меня. Его руки на моем теле – грубые, впивающиеся в кожу, оставляющие синяки, как клеймо. Его давящий и лишающий воздуха вес. Если он сделает это, то уничтожит меня. Если он сделает это, я никогда не смогу собрать себя по осколкам.
Боже, пожалуйста…
Пожалуйста, не надо!
Я вскрикнула, когда запнулась за какой-то ящик и повредила лодыжку.
Слева пронеслась вторая стрела.
– Прекрати! – завизжала я.
Он убьет меня. Господи, он убьет меня!
Вырвавшись на улицу, я подбежала к своей машине и дрожащими руками достала ключ. Затем провернула его и распахнула дверь, как вдруг меня припечатали к ней массивным телом.
– Собираешься сбежать и нажаловаться на меня в полицию? – выдохнул мне на ухо Тайлер. – Не советую. Полиция знает, с кем имеет дело. Они все стоят перед нами на коленях, Венера. Скоро это будешь делать и ты, потому что я – твой Вершитель.
Он начал разворачивать меня, но я резко распахнула дверь, открыла козырек с водительской стороны и сжала нож.
Удар!
Пальцы окрасила кровь, когда я вогнала лезвие в его бок и оттолкнула от себя. Тайлер от неожиданности отшатнулся, но я уже забралась в машину и ударила по педали газа.
Меня трясло от пережитого ужаса, а дорога перед глазами расплывалась из-за слез и усилившегося дождя. Адреналин бурлил в крови, не давая мне остановиться.
Я закричала во весь голос, чтобы изгнать из памяти последние минуты.
Малакай.
Малакай.
Малакай.