– Нужно будет подготовиться, – произнес Алекс и подхватил с дивана свое пальто. – У нас есть две недели. Возможно, оружие мы пронести не сможем, но сможем договориться с кем-то, кто будет следить за аукционом со стороны. Нельзя заявляться туда без подстраховки.
– Попросим папу? – спросила Дарси.
– Я предлагаю не привлекать его, – сказал Малакай и посмотрел на Бишопа. – Насколько я помню, за Габриэлем Эррера есть должок. Мы не просто так спасли его задницу от Круга.
Мы с Дарси удивленно переглянулись.
Бишоп усмехнулся.
– Я договорюсь с Каза Делле Омбре.
Глава 37
Наши дни
Время до аукциона пролетело незаметно.
Я не испытывал страха или волнения, хотя знал, с чем мне придется столкнуться. Прошло больше года с моего освобождения из рабства, а отголоски тех событий до сих пор оставались в моей жизни, сколько бы я ни прорабатывал посттравматическое расстройство, которое диагностировали мне в центре.
Если бы мне нужно было встретиться с Кругом даже несколько месяцев назад, я бы сломался. Сейчас же я имел рядом главную опору, благодаря которой тьма не могла вторгнуться в мой разум.
Леонор Монтгомери.
Венера Милосская.
Когда меня одолевали кошмары, я сильнее прижимал ее к себе и вдыхал конфетный запах, а она гладила меня по щеке, пока я не засыпал. Она была рядом, когда мне было больно и страшно. Я был рядом, когда она рассматривала себя в зеркале, боясь увидеть лишний килограмм.
Мы жили вместе уже несколько недель. За это время Леонор хлопала дверью и расставалась со мной семь раз, потому что я говорил, что люблю ее, не тем тоном.
Не тем тоном, понимаете?
Хотя я не был виноват в том, что проснулся пару секунд назад и пытался понять, какой сейчас год. После этого Леонор вскакивала с кровати, но я перехватывал ее за руку и выбивал из упругого тела любую мысль о том, что я могу не любить ее.
Как кто-то может не любить ее? Она – совершенство.
Видимо, это стало ее коварным планом, потому что Леонор знала, что если выведет меня из себя, то ее хорошенько трахнут. Моя ненасытная девочка не менялась, как и не менялись наши отношения. Они оставались такими же взрывными и страстными, но в них добавилось больше… осознанности.
Пока что я оплачивал нам съемное жилье, но откладывал деньги на покупку собственного. Леонор пыталась поделить расходы пятьдесят на пятьдесят, но я отказался. Пусть тратится на себя, а я возьму всё остальное – главное, чтобы Куколка была довольна.
Возможно, я накоплю не в ближайшее время, однако работа с Мэттью Джеймсом уже начала приносить мне хороший доход.
Сейчас мы проводили прослушивание в группу. Хороших кандидатов было мало, поэтому процесс затянулся. Последний раз я писал песни, когда мы с Леонор были вместе, еще до пожара и Круга, но вернулся к этому сейчас, поскольку моя муза снова была здесь – прямо передо мной.
Я поднялся по лестнице и, пригладив лацканы пиджака, тихо открыл дверь в спальню. Привалившись к дверному проему, устремил взгляд на девушку, ставшую моим миром.
Леонор носилась по комнате, разбрасывая во все стороны туфли.
– Черт, да где же они? – Она сдула с лица прядь, не замечая меня. – Опять он спрятал? Вот же мудак…
– Помочь?
Услышав мой голос, Леонор резко повернула голову к выходу.
Ее глаза остекленели.
Уголок моих губ пополз вверх, когда она прошлась по мне жаждущим взглядом, впитывая в себя каждую деталь – развязанный галстук, колечко в моей губе, растрепанные волосы, за которые она любила хвататься во время секса. Леонор нравилось видеть меня в классическом костюме. Каждый раз она буквально срывала его с меня, ища доступ к моей обнаженной коже, словно одержимая.
– Прекрасно выглядишь, маленькая Венера.
Она провела языком по нижней губе.
– Ты тоже неплох.
Подавив смешок, я оттолкнулся от двери и направился к ней медленными шагами. Ее дыхание участилось, когда я приблизился к ней, заправив за ухо выбившуюся прядь.
– Неплох? – усмехнулся я и наклонился к ее приоткрытым губам. – Поэтому ты пожираешь меня взглядом и представляешь, как я трахаю тебя у окна?
– Мы уже трахались у окна, – парировала она.
– Покажи мне место, где мы не делали этого.
– Не заводи меня, Картрайт, – пригрозила Леонор, сузив небесно-голубые глаза. – Я не могу найти свои туфли и зашнуровать корсет. Если мы не выедем через пятнадцать минут, нас никуда не пустят.
Опустив взгляд на наручные часы, я задумчиво качнул головой.