– Ты пялишься, – хихикнула она.
Я ударился своим шлемом об ее.
– Никому не говори.
Она ударила меня в ответ.
– Ты пропустил зеленый, умник.
Блядь.
Через полчаса мы остановились на пустой парковке перед заброшенным зданием. Леонор слезла с мотоцикла с настороженным выражением лица, но я успокоил ее, взяв за руку. Из-за того, что это место находилось практически за городом, здесь не было даже алкоголиков и наркоманов.
Да, для Синнерса это удивительно, но я бы не привез Леонор в место, где ей опасно находиться.
– Подожди, это что… музыкальная школа? – выдохнула она, когда я открыл массивные деревянные двери. – И откуда у тебя ключ?
– Нашел, когда бродил по этому району. Много лет назад здесь произошел пожар, поэтому ни одно здание не сохранилось. Вот дубликат. – Я взял ее ладонь и вложил в нее ключ. – На случай, если захочется побыть одной.
Ее губы тронула улыбка.
– Спасибо.
Однако я заметил в ее глазах проблеск тревоги.
Сложить два и два не было сложно. Все, кто знал о Милосских, помнили историю их падения. Неизвестные ворвались ночью к ним домой, убили Софию и Тристана, а жизнь дочери унес разрушительный пожар, выжить в котором было попросту невозможно.
Но Венера Милосская сделала это.
Поэтому я старался не курить в ее присутствии. Первый раз, когда я достал зажигалку и поднес огонек к сигарете, она испуганно вздрогнула, принявшись оглядываться по сторонам. Я сразу всё понял, как бы она ни пыталась скрыть свою реакцию за неловким смехом.
Она боялась всего, что связано с пламенем.
В детском доме, где проживали мальчики и девочки с обеих сторон города, никто не знал ее фамилию, потому что воспитатели скрывали любую информацию о «погибшей» наследнице.
Венера доверила этот секрет только мне.
После того как Картрайты забрали меня к себе, я перерыл все источники, чтобы больше узнать о своей Куколке, но наткнулся только на пустую стену.
Как она выжила? Кто спас ее и отдал в детский дом?
Слишком много вопросов без ответов.
Леонор первой вошла в главный зал музыкальной школы и удивленно огляделась.
– Не думала, что в Синнерсе есть такие красивые места. Это… невероятно, – вырвалось из нее с придыханием. – Настоящий готический замок. И не скажешь, что здесь был пожар.
– Школу пытались восстановить несколько раз. Это будет звучать странно, но жители думают, будто здесь есть приведения.
Она повернулась ко мне с распахнутыми глазами.
– П-привидения?
Я не сдержался, во весь голос засмеявшись. Леонор подлетела ко мне с возмущенным выражением лица и стукнула меня по плечу, но я перехватил ее руку, закинув свою ей на плечи.
– Я даже не сомневался, что такая соплячка верит в приведений.
– Не верю я в приведений! – Она наступила мне на ногу, но я лишь вскинул бровь. – И я не соплячка. Мне уже семнадцать, а скоро исполнится восемнадцать. Джереми сказал, что я стала чертовски горячей штучкой.
Я прищурился и наклонился ниже, почти прижавшись носом к ее носу.
– Кто такой Джереми?
– Мой парень, – захлопала она ресницами.
Из меня вырвалось рычание.
– Твой… парень?
Блядь, нельзя так реагировать. Возьми себя в руки, Малакай.
Но гнев уже растекался по венам, словно яд, отравляющий тело. Я стиснул челюсти и неосознанно впился пальцами в ее плечо.
Нет, у Леонор не может быть парня. Я бы уже об этом знал, верно? Она общалась только со мной и тем спортсменом со школы, но…
Может, это и есть Джереми?
– Ладно, я пошутила, – откашлялась Леонор и отступила на шаг. – Джереми мой друг.
– Его спасение…
– А?
– Ничего.
Видимо, ее не устроила моя реакция, потому что она как-то странно посмотрела на меня, прикусила губу и двинулась в следующий зал.
Черт.
Она не принадлежала мне, поэтому могла встречаться с кем угодно. Тогда почему мое сердце затрещало по швам, когда я представил, что ее целует кто-то другой?
– А-А-А!
Услышав испуганный крик, я сорвался с места.
Клянусь, эта девчонка доведет меня до клинической смерти. Я оставил ее на пару минут, а она уже во что-то вляпалась.
– Что случилось? – выдохнул я, ворвавшись в зал.
– Гитара! – воскликнула она и повернулась ко мне с инструментом в руках. – Ты наконец-то сыграешь мне на гитаре! Давай сделаем вид, что ты Энди Бирсак на прощальном концерте, а я твоя любимая фанатка?
Я моргнул.
– Бирсак? Тебе нравится Бирсак?
– Он немного хиленький, но образ у него сексуальный.
Мои глаза закатились к затылку.
– Музыка – это намного больше, чем образ.