– Мы убьем их, брат. Клянусь, они пожалеют о том, что сделали.
Я уже не знал, хотел этого или нет.
Мне просто нужна была тишина.
Глава 13
Наши дни
Сколько бы я ни предупреждал Бишопа, что история с Дарси не закончится для него ничем хорошим, по крайней мере до тех пор, пока он не расскажет ей о похищении, ему было всё равно.
Он потащил нас с Эзрой и Татум на Хэллоуин в Академию Золотого Креста, только чтобы встретиться с дочерью Ричарда. Увидев Дарси с Кейджем в окне первого этажа, Бишоп стиснул челюсти и молча покинул нас, а я понял, что сегодня прольется чья-то кровь.
Поэтому мы втроем скрывались в тени зала и наблюдали за Святыми, надев маски. Татум выбрала Судную ночь с красными крестами вместо глаз, Эзра – Крик, а мне пришлось найти маску Джейсона, которую я носил до событий с Кругом. У меня не было желания снова надевать ее, но ради Бишопа я переступил через себя и сделал это.
Весь вечер я наблюдал за Леонор, которая умышленно или по чистой случайности оделась богиней любви. Ее наряд буквально кричал о том, какой секрет она скрывает – свое настоящее имя, отождествленное с Афродитой.
Венера.
Она словно умоляла кого-то пристальнее вглядеться в нее и обличить на всеобщее обозрение правду. И единственным человеком, который по-настоящему видел ее, был я.
Такой же лжец, как и она.
Леонор постоянно оглядывалась, будто чувствовала мой прожигающий взгляд, и цеплялась за руки Ротшильда и Шепарда, пока я сжимал и разжимал кулаки, заставляя себя оставаться на месте.
Это было настоящим мучением – смотреть на нее, но не иметь возможности прикоснуться.
Каждый раз, когда мне выпадала возможность понаблюдать за ней в компании друзей, что-то внутри скручивалось от ревности, но в то же время… благодарности. Я был рад, что Леонор нашла своих людей, которые пошли бы за ней в огонь и воду. Даже несмотря на то, что Алекс абсолютно, блядь, не вызывал доверия, а Джереми раздражал еще с тех пор, как Леонор представила его своим парнем.
Я не сдержал фырканья.
Никто из них не подходил Венере больше меня.
Вечер Хэллоуина послужил лишь отправной точкой событий, которые тесно связали нас со Святыми. Ведь вскоре Бишоп узнал, что они копают не только под похищение Дарси, но и под Круг Данте.
А это уже могло принести определенные трудности.
Следующие несколько недель я только и думал над тем, что Леонор ступает на опасную территорию, ища правду о тайном обществе. Мог ли я как-то остановить ее? Стоило ли это делать?
Работая допоздна на заводе, я прокручивал в голове сотни сценариев того, как Круг забирает ее и исполняет те угрозы, ради которых я им сдался. Мы договорились, что они не тронут ее, однако ублюдки забудут об этом, если она сама встанет на их пути.
Однажды они уже сделали это. Я до сих пор помнил ее слезы. То, как она сжималась в углу спальни, дрожащая и смирившаяся со своей участью. Какой первобытный ужас я испытал, найдя ее в таком состоянии.
Это не могло повториться.
И не повторится, потому что я, блядь, не позволю.
Если Святые узнают о Круге, то сложат два и два и поймут, где я провел год, а после – почему вернулся в Таннери-Хиллс сразу после похищения Дарси. Наверное, это было так же неизбежно, как и то, что вскоре Дарси узнает в Бишопе своего похитителя.
Я не мог это изменить. Тайное всегда становилось явным.
Обстановку накаляло еще и то, что Адриан всё таки пронюхал, что наш новый бармен – Дарси Ван Дер Майерс. Я видел реакцию Бишопа на его слова во время собрания, поэтому предложил подраться в «Фортуне». Мы провели весь вечер, выбивая друг из друга дурь и доводя до изнеможения, поскольку мой брат находился на грани срыва.
Он влюблялся в нее. Возможно, уже влюбился и переживал, как бы Адриан не причинил Дарси боль. Точно так же я волновался за то, что этот человек может сделать с Леонор, если узнает о нашей многолетней связи.
Я ненавидел Адриана всей душой. Но сильнее этого был только страх.
Страх за то, что он сломает дорогого мне человека так же, как сломал нас с Бишопом.
В один из дней я так сильно накрутил себя, что после работы поехал в элитную часть города к ее новому особняку. Мне нужно было удостовериться, что с Леонор всё в порядке. Это маниакальное желание просыпалось во мне каждое утро, но я намеренно душил его, концентрируясь на работе и расследовании дела Круга.
Приехав на вражескую территорию, я оставил мотоцикл около женского общежития и пешком двинулся по маршруту, который выучил наизусть.