After 3 (ЛП)

— Ты тоже не идеальна, мама, — я повторяюсь, — жемчуг, который ты носишь на шее, скрывает твои шрамы, так же как и татуировки Гарри скрывают его.

Ее глаза быстро поднимаются на меня. Я четко вижу, как мои слова повторяются в ее голове. Это наконец-то случилось, я наконец-то сделала прорыв.

— Мне очень жаль, что мой отец сделал это с тобой, но он не Гарри, — я беру ее руки в свои. Они очень холодные, по сравнению с моими. Она удивляет меня, когда не убирает руки, — и я – не ты, — я добавляю так мягко, как только могу.

— Ты будешь мной, если не будешь держаться далеко от этого парня, — я убираю свои руки от ее рук. Я глубоко дышу, пытаясь не показывать свою злость.

— Тебе, может, не нравится мои отношения, но ты должна уважать мой выбор. Если ты не можешь, — я вздыхаю, — тогда у нас не может быть никаких отношений с тобой.

Она медленно трясет головой из стороны в сторону. Я знаю, она хотела, чтобы я согласилась с тем, что я и Гарри плохая пара, но она не права.

— Ты не можешь давать мне такой ультиматум.

— Да, я могу. Мне нужна поддержка, мама. Я устала сражаться со всем миром.

— Если ты чувствуешь, что сражаешься одна, может, это время сменить, наконец-то, стороны? — Она поворачивается ко мне и я снова встаю с кровати.

— Я не сражаюсь одна. Хватит, — я почти кричу. Я пытаюсь быть вежливой с ней, но моя вежливость скоро кончиться и я не смогу ничего поделать с этим.

— Он мне никогда не будет нравиться, — говорит моя мать. Я знаю, что она имеет в виду, именно то, что говорит.

-— Он и не должен, но ты не должна никому говорить о наших делах. Это было очень не правильно и неоправданно с твоей стороны.

— У твоего отца есть право знать это.

Она не поняла! Она все еще не понимает! Моя голова готова взорваться в любой момент, я могу чувствовать, как вена растет на моей шее.

— Гарри пытается изо всех сил для меня, — я говорю ей. Она не говорит ни слова. Мама даже не смотрит на меня.

— Что тогда? Ты попытаешься принять второй вариант? — Спрашиваю я.

Она поворачивает голову и смотрит на меня. Я могу видеть, как она колеблется, прежде чем ответить:

— Я попытаюсь уважать это. Я попытаюсь, — она опускает глаза вниз.

— Спасибо.

Я не знаю, могу ли верить ей. Я больше не наивная и не буду верить ей, пока она не докажет это.

— Что ты собираешься делать со своим отцом? — Она тоже встает с кровати.

— Я не знаю, — я была слишком занята, защищая Гарри, чтобы думать о своем отце.

— Ты должна заставить его уйти. Он только забивает твою голову ненужной информацией и ложью.

— Он никогда не делал этого, — я говорю. Каждый раз, когда я уверена, что мы сможем продвинуться дальше, она говорит что-то такое, и мы снова возвращаемся назад.

— Делал! Он здесь, только чтобы выпрашивать деньги! Гарри рассказал мне все.

Почему он сделал это? Я понимаю, что он хотел сделать лучше, но он явно не помог этим.

— Я не буду выгонять его. Это не моя квартира и ему больше некуда идти.

Глаза моей матери закрываются, и она трясет головой в десятый раз за двадцать минут.

— Ты должна перестать прощать людей, Тереза. Я пыталась простить твоего отца, и вот, что случилось в конце.

— Тесса? — Голос Гарри слышится из-за двери. Он открывает дверь и быстро оглядывает мое лицо.

— Ты в порядке? — Спрашивает он, игнорируя моя мать.

— Да, — я подхожу к нему, и борюсь с желанием обернуть свои руки вокруг его шеи при моей матери.

— Я собираюсь уходить, — она поправляет свое платье уже в который раз, останавливаясь перед нами.

— Хорошо, — говорит Гарри, смотря на меня. Я знаю, он думает, что она могла обидеть меня, пока мы с ней разговаривали.

Я смотрю на него, молча прося молчать. Он закатывает глаза, но больше не говорит ни слова моей матери. Она еще раз смотрит на нас и идет вдоль по коридору. Стук ее каблуков четко отдается в моей голове.

Я беру Гарри за руку и следую за ней в коридор. Мой отец пытается что-то сказать ей, но она проходит мимо.

— Ты не взяла с собой пальто? — Он неожиданно спрашивает ее.

Она медленно поворачивается и смотрит на него.

— Нет, — затем поворачивается ко мне, — я позвоню тебе завтра, ответишь на этот раз?

— Да, — говорю я. Она не говорит “пока”. Я знала, что она не скажет.

— Эта женщина сводит меня с ума, черт возьми! — Мой отец стонет, когда дверь закрывается. Он машет руками от эмоций.

— Мы идем спать. Если кто-нибудь будет стучать в эту гребанную дверь, просто не открывай ее, — говорит Гарри и ведет меня обратно в спальню.

Я очень измучена, я даже не могу стоять на своих ногах.

— Что она сказала? — Он снимает свитер через голову и смотрит на меня. Гарри просто испытывает меня: подниму ли я его свитер с пола или нет? Я не обращаю на это внимания, снимаю свою футболку вместе с лифчиком и надеваю футболку Гарри. Я вдыхаю знакомый запах, и это успокаивает мои нервы.

— Она рассказала больше, чем за всю мою жизнь, — замечаю я. Моя голова все еще болит от новой информации.

— Это изменило твое мнение? — Он смотрит на меня, паника видна в его глазах. У меня есть чувство, что мой отец тоже разговаривал с Гарри об этом.

— Нет, — я снимаю свои штаны и кладу их на стул.

— Ты уверена? Тебя не беспокоит то, что мы повторяем их… — Гарри начинает.

— Нет. Мы — не они, — я останавливаю его. Я не хочу, чтобы это затуманило его голову. Не сегодня вечером.

Гарри не выглядит убежденным, но я не хочу фокусироваться на этом.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал с твоим отцом? Выкинуть его? — Спрашивает он. Он идет в сторону кровати и садится на нее, в то время как я поднимаю его джинсы, носки и свитер с пола.

— Нет, не выгоняй его. Пожалуйста, — я ложусь на кровать, и он тянет меня в свои объятия.

— Я не буду, — он уверяет меня, — не сегодня, — я смотрю на него, улыбаясь.

— Я так запуталась, — говорю в его шею.

— Я могу помочь тебе с этим, — он целует чуть выше ключиц.

— Конечно, ты можешь, — я закатываю глаза. Он поднимает мой подбородок своими пальцами, целуя меня. У меня почти начались месячные, но я знаю, что Гарри это мало беспокоит.

— Тебе нужно поспать, детка. Это было бы неправильно: трахнуть тебя сейчас, — он мягко говорит.

Я дуюсь.

— Нет, не было бы, — я кладу ладони на его голый торс.

— Ох, не надо, — он останавливает меня. Я должна расслабиться и Гарри единственный, кто может помочь мне с этим.

— Ты начал это, — я замечаю. В данный момент, я выгляжу отчаянно.

— Я знаю, и мне очень жаль, — он поворачивается ко мне и обнимает за спину, притягивая ближе к себе, — и если ты будешь хорошей девочкой, я трахну тебя на столе завтра в доме моего отца так, как ты любишь, — он шепчет в мое ухо. У меня перехватывает дыхание. Я быстро смотрю на него, и он смеется. Его смех такой сексуальный.

— И мы же не хотим устроить беспорядок здесь? Твой отец тут. Когда он увидит кровь, он, возможно, подумает, что я убил тебя, — медленно говорит он.

— Не начинай, — я стону. Его тупые шутки сейчас неуместны.

— Ах, малышка, не будь такой, — он хватает меня за задницу, и я вскрикиваю, — плыви по течению, — он улыбается.

— Ты уже говорил это, — я улыбаюсь в ответ.

— Ну, извини, что я такой не оригинальный сегодня. Ты сегодня как открытый кран и я просто боюсь, что ты будешь капать на меня.

Я стону и пытаюсь отодвинуться от него, но он не позволяет мне, — ты отвратительный, — я ругаю его, когда он прижимает лицо к моей груди.

—Да, я как старая кровавая тряпка, я полагаю, — он смеется и целует меня в губы.

Я закатываю глаза, — говоря о кровавых тряпках, покажи мне свои руки, — я привстаю на кровати и нежно беру его за запястья.