Она спросила меня в порядке ли я?
Я нахожу ее в замешательстве от своего вопроса.
— Хм, да. А ты? — я не помню большую часть ночи… Черт, день или ночь, но я знаю, что она должна быть расстроенной из-за меня.
Она медленно кивает, ее глаза так же осматриваю парковку, как и мои.
— Я пытаюсь вспомнить… Пришли полицейские… — я вижу моменты, когда они приходят. — Дом был в огне… Где мы? — я смотрю в окно, пытаясь сориентироваться по местности.
— Мы… Ну, я не совсем уверена, где мы находимся, — она прочищает горло и смотрит прямо перед собой через лобовое стекло. Она, должно быть, слишком много кричала. Или плакала, или все вместе, потому что она едва может говорить, — Я не знала, куда ехать, и ты уснул, поэтому я просто ехала дальше, пока не устала. Мне пришлось съехать с дороги в конце концов, — ее глаза покраснели и опухли; черные следы от туши размазались под ними, а ее губы сухие и потрескавшиеся. Она едва узнаваема. По-прежнему красивая, но я истощил ее. Глядя на нее сейчас, я вижу отсутствие теплоты в ее щеках, потеря надежды в ее глазах, пропавшее счастье от ее полных губ. Я взял красивую девушку, которая жила своей жизнью за других, девушка, которая всегда находила хорошее во всем, даже во мне, но я превратил ее в оболочку пустоты, чьи глаза смотрят на меня сейчас.
— Меня сейчас стошнит, — я задыхаюсь и дергаю пассажирскую дверь, чтобы открыть ее. Виски, ром, и все мои ошибки выливаются на бетон, и меня неоднократно рвет, пока я не остаюсь наедине только со своей виной.
========== Глава 267. ==========
Песни к главе:
Ron Pope - Drop In The Ocean
The Fray - Hundred
Coldplay - Fix You
***
- Куда мне ехать? - Тесса коротко спрашивает.
- Я не знаю, - я вздыхаю. Часть меня хочет сказать ей – сесть на следующий самолет и улететь домой из Лондона. Одной. Но эгоистичная – более сильная - сторона знает, что, если она сделала бы это, то я не смог бы провести и ночи не запивая собственную боль. Снова. Во рту вкус рвоты, горло зверски горит от того, как мой организм безжалостно избавляется от ликера.
Открыв ящик между нами, Тесса достает салфетку и начинает вытирать уголки моего рта грубой бумагой.
Она касается моей кожи и я вздрагиваю от холода ее рук: - Ты замерзла. Включи печку.
Не дождавшись ее ответа, я наклоняюсь и сам поворачиваю ключ, и воздух вырывается из вентиляционных отверстий. Поначалу воздух холодный, но эта чертовски дорогая машина имеет несколько примочек, и вскоре салон наполняется теплым воздухом.
- Нам нужно заправиться. Я не знаю, как долго я была за рулем, но горящая лампочка говорит о том, что заканчивается бензин, - она указывает рукой на навигационный экран на приборной панели. Звук ее голоса меня убивает.
- У тебя пропал голос, - говорю я несмотря на то, что это очевидно. Она кивает и отворачивается от меня. Я обхватываю ее подбородок и поворачиваю ее лицо к себе, - Если ты хочешь уехать, я не буду винить тебя. Я отвезу тебя в аэропорт прямо сейчас.
Она бросает на меня озадаченный взгляд, прежде чем что-то сказать, - Ты остаешься здесь? В Лондоне? Наш рейс сегодня вечером. Я думала… - последнее слово больше похоже на писк, и она начинает кашлять. Я проверяю держатели для воды, но они пусты. Потираю ей спину, пока она не прекращает кашлять.
- Меняемся местами. Я поведу, - киваю в сторону заправки через дорогу, - Нам нужна вода или что-то для твоего горла, - я жду, что она выйдет из машины и пересядет, но Тесса лишь отводит взгляд и трогается со стоянки.
- Ты по-прежнему сильно пьян, - шепчет она, стараясь не напрягать голоса.
Возможно несколько часов, которые я проспал в этой машине, полностью отрезвили меня. Я выпил достаточно ликера, чтобы отрубиться на большую часть ночи и получить сильную головную боль. Скорее всего, я еще долго буду пьян. День, ну, или половину дня. Я не могу сказать. Я даже не помню, сколько я выпил… Мои подсчеты прекращаются, когда Тесса паркуется рядом с заправкой и тянется к ручке двери.
- Я пойду, - вылезаю из машины прежде, чем она успевает мне возразить.
В столь ранний час здесь не так много людей, лишь люди, которые работают здесь. Мои руки уже заняты аспирином, бутылками с водой и пакетами с едой, когда Тесса заходит внутрь небольшого магазинчика. Я наблюдаю, как все головы оборачиваются, чтобы посмотреть на растрепанную красотку в ее грязном белом платье. Мужские взгляды вызывают во мне еще большую тошноту.
- Почему ты не осталась в машине? - спрашиваю я, когда она подходит ближе. Она машет чем-то перед моим лицом.
- Бумажник.
- Да, - передав мне его, она исчезает и становится рядом со мной, когда я подхожу к кассе. В каждой руке по большой, дымящейся кружке кофе.
Я бросаю кучу вещей на прилавок.
- Можешь посмотреть на телефоне, где мы находимся, пока я плачу? - спрашиваю я, забирая из ее маленьких рук огромные кружки.
- Что?
- Наше местоположение на телефоне, так мы будем знать, где мы находимся.
Полный мужчина берет баночку аспирина и трясет ее прежде, чем пробить и добавляет:
- Allhallows. Вот, где вы находитесь, – он кивает Тессе, которая вежливо улыбается в ответ.
- Спасибо, - она улыбается еще шире, и этот ублюдок краснеет.
Да, я знаю, что она горячая. Теперь отвернись нахуй, пока я не вырвал тебе глаза.
После прошлой ночи я мог бы дать выход пару, и я не в настроении наблюдать, как глаза этого депрессивного дерьма пялятся на грудь моей, блять, девушки в семь утра. Если бы я не знал об отсутствии интереса с ее стороны, я бы, вероятно, вытащил его на прилавок, но ее поддельная улыбка, темные круги под глазами и запятнанное грязью платье меня останавливают и вытаскивают из насильственных мыслей. Она просто выглядит такой потерянной, такой грустной, такой чертовски потерянной…
Что я наделал? Молча спрашиваю я себя. Ее внимание перемещается к двери, где молодая женщина с ребенком входят, держась за руки. Я наблюдаю за ней, в то время как она наблюдает за ними, они проходят слишком близко. Когда маленькая девочка посмотрела на свою маму, нижняя губа Тессы дрогнула. Что, черт возьми, происходит? Потому что я закатил истерику по поводу нового откровения в моей семье?
Продавец уже упаковал все мои вещи и держит пакет буквально перед моим лицом. Кажется, что как только Тесса заговорила с ним, он решил, что может хамить мне. Я вырываю полиэтиленовый пакет и склоняюсь в сторону Тессы.
- Готова? - спрашиваю я, подталкивая ее локтем.
- Да, прости, - бормочет она, схватив кофе с прилавка.
- Как далеко мы от отеля? - спрашивает Тесса, когда я присоединяюсь к ней в машине.
- Лишь около часа или полтора с учетом пробок.
Машина обошлась Вэнсу в десятки тысяч. Мы возьмем такси до отеля за пару сотен. Справедливая торговля. Тесса достает три таблетки аспирина и кладет их мне в ладонь, а затем хмурится и смотрит на экран мобильного, который начал мигать.
- Ты хочешь поговорить о прошлой ночи? Я только что получила сообщение от Кимберли, - вопросы начинают выталкивать мутные образы и голоса из прошлой ночи на поверхность моего сознания… Вэнс не пускал меня обратно в горящий дом… Пока Тесса продолжает пялиться на ее телефон, я начинаю все больше волновался.
- Он не… - я не знаю как задать вопрос. Я чувствую нарастающий комок в горле. Тесса смотрит на меня, и ее глаза начали заполнять слезы.
- Он жив, конечно, но…
- Что? Что с ним?
Она говорит, что он получил ожоги. Легкая и непрошеная боль пытается просочиться сквозь щели в моей обороне. Сквозь трещины, которые она вызвала в первую очередь. Она вытирает один глаз тыльной стороной ее руки.
- Только на одной ноге. Ким сказал, что только одна нога, и что он будет арестован, как только выйдет из больницы, что случится очень скоро.
- За что его хотят арестовать? - я знаю ответ.
- Он рассказал полиции, что это он устроил пожар.
Тесса поднимает ее чертов телефон перед моим лицом, поэтому я могу читать длинный текст сообщения от Кимберли. Я прочитал все это, не узнав ничего нового, но мне не легче от паники Кимберли. Я ничего не говорю. Мне нечего сказать.