— Зачем тебе? — спросила я, успокоившись. Дилан положил телефон в карман толстовки.
— В случае чего, компромат на тебя, — ответил он с ухмылкой, — рулетка.
— Я не рулетка! — запротестовала я, — мы договаривались, что ты больше не будешь называть меня так, — и напомнила о пари, размахивая цветами перед его носом.
— Ты мне угрожаешь букетом? — заржал тот, после чего, успокоившись, выдал, — не парься, назвал по привычке.
Я просверлила его взглядом и, раздраженно вздохнув, прошла мимо. Бесполезно было просить его удалить фотографию, я лишь зря тратила время. В этот раз Дилан нагнал меня и шел в темп, временами кидая горькие фразочки в мой адрес. За это время парень успел оскорбить букет, который мне подарили, сказав, что они могли бы купить цветы получше, а не полусухие дешевые маргаритки. Отобрал диплом и чуть не выкинул его в урну. Благо, я успела его забрать до того, как парень воплотил свою идею в действие. Забрал книгу и, прочитав несколько строк, назвал её бессмысленной ерундой, написанной от нечего делать. С ним совершенно невыносимо находиться рядом! Не понимаю, как я дошла до автобусной остановки, не врезав ему по лицу. Я с облегчением вздохнула, когда приехал нужный автобус, но тут же встала в ступор, когда за мной в транспорт сел и сам Вайзус. Какого чёрта? Он меня до дома будет преследовать?
Я как обычно села у окна, он уселся за мной. Как хорошо, что ему не пришло в голову сесть рядом, хотя мне было некомфортно и от того, что он смотрел мне в затылок. На следующей остановке место рядом со мной заняла женщина в возрасте. Рассматривая свой букет, я случайно заметила, что один бутон вырван. Пока я гадала, как же это могло произойти, внезапно что-то полетело в меня со спины. Не трудно было догадаться, что это Дилан кидал в меня лепестки вырванной маргаритки. Как же на него похоже! Я обернулась, хмуря лоб. Он резко отвернулся к окну, притворяясь непричастным.
Через минуту я снова почувствовала лепесток в своих волосах, но каждый раз оборачиваться не собиралась, ибо было бесполезно. Если он захотел что-то сделать, то непременно сделает. Третий лепесток упал мне на плечо. Женщина, сидевшая рядом, заметила и улыбнулась.
— Это, наверно, современный способ привлечь внимание девушки? — произнесла она так, чтобы Дилан услышал. Я смутилась. Мне было неловко перед ней за поведение этого оболтуса.
— Скорее, попытка поиздеваться, — оправдалась я, не зная, как ей ещё ответить.
— Я бы так не сказала, — поделилась она.
— Это мой одноклассник, хулиган школы, — прошептала я так, чтобы парень не услышал.
— Не знаю хулиган, не хулиган, — рассмеялась женщина, — но его поведение говорит о многом, — она пожала плечами. Я не совсем поняла, что она имела в виду, но расспрашивать с моей стороны мне показалось неприличным, да и Вайзус мог услышать.
В автобус зашла старушка и Дилан, не раздумывая, уступил ей место, отходя в самый конец. Наконец, и от меня отстал заодно. Я незаметно оглянулась — парень стоял, смотря что-то смешное в телефоне. Кажется, я впервые видела, как по его лицу скользила искренняя улыбка, а не ухмылка или хохот. Интересно, что в этом мире заставляет его улыбаться до ушей?
Мы ехали еще пять минут до моей остановки, когда Дилан внезапно выдал водителю «За двоих», заплатив за нас обоих, и первым выскочил из автобуса. Не дожидаясь меня, парень поспешил куда-то. Я крикнула что-то в знак благодарности, но не уверена, услышал ли он меня вообще. Вайзус был в наушниках и не обернулся. Ну и пофиг! Я зашагала в противоположную сторону к себе домой.
***
До конца каникул оставалось несколько дней. Я дочитала «Воровку книг» и взяла из библиотеки ещё парочку романов, которые надеялась закончить за несколько дней. Вряд ли у меня будет столько свободного времени после каникул, ибо я уже согласилась на дополнительные занятия с Дэрилом. Надо было подтянуться по математике, ведь я поставила себе целью получить высшую оценку на следующей контрольной. А если я поставила цель — значит обязательно этого добьюсь! Иначе я не Риколетти. Я сообщила об этом папе. Он сказал, что это лучшее, что мог придумать наш учитель — обмен знаниями.
— Получается, у тебя все пятёрки, кроме математики? — уточнил он за ужином. Я чуть было не ответила утвердительно, но тут вспомнила, что у меня за эту четверть и по физкультуре стоит «хорошо», — так-с, с математикой разобрались, а с физ-рой что будем делать? — рассмеялся он. Я недовольно буркнула, вспомнив, как учитель Риз «нарисовал» мне в журнале красивенькую четверку за нормативы. Папа спросил, действует ли эта схема по предмету Риза. Я задумалась.