— Пришел поиздеваться? — не удержалась я, — или посмотреть на результат своих действий? — продолжала я настойчиво. Парень не спешил с ответом, скорее, разглядывал меня, словно пытался обнаружить еще какие-то ушибы, раны, буквально изучая каждый изгиб моего лица.
— Ты это…как его… — начал он невнятно, — извини… — пронеслось над ухом. Я впервые слышала от него извинения, причем такие искренние. Даже не знала, что он так умеет. На минуту мне стало так неловко, мол, спорить и ссориться с ним — это обыденно, легко, привычно, а тут… Внезапно искреннее сожаление. По крайней мере, как мне показалось.
— Пустяки, — выдавила я с трудом. Долго думала над ответом и нашла единственный подходящий. Стоп, пустяки? Почему именно это? Его фирменное «пустяки», черт…
— Правда, случайно, — добавил он. В этот момент мы невольно пересеклись взглядом и одновременно неловко отвели его в сторону. Мне было так непривычно слышать от Дилана подобные слова. Не знаю, что на него так повлияло, может, дружба с Дэрилом или наказ строгого отца, а может, что-то другое.
— Знаю, — кивнула я. Я знала, что он случайно. Не было необходимости в доказательствах правдивости его слов. Я просто знала. Интуиция подсказывала. Вот и всё. Мы с одноклассником помолчали с минуту. Я уже думала, он собирается уйти, но нет, он продолжал стоять надо мной и сверлить меня взглядом.
— Сильно болит?
— Нет, я уже в норме…
— Точно? Может, в больницу?
— Нет, правда, пустяки, — и снова это «пустяки». К счастью или нет, нашу дальнейшую беседу прервала вошедшая медсестра. Она сказала, что я могу идти, полчаса уже прошло. Дилан помог мне встать, предварительно задав риторический вопрос: «Позволишь?», схватил меня за туловище крепкими руками и аккуратно вывел из медкабинета. От его мимолетных прикосновений по телу побежали мурашки. Ко мне никто из мужского пола так много не прикасался. И за один раз! Но движения парня были такими аккуратными, нежными, невинными, словно он боялся причинить боль из-за резких движений. Дальше я пошла сама, но одноклассник продолжал идти рядом. Я сказала, что он может пойти на урок, так как мне надо переодеться (я до сих пор была в спортивной форме), но он не ответил и молча пошел следом. Когда я вышла из раздевалки, Дилан ждал меня у лестницы со стаканом кофе.
— Компенсация, — протянул он руку. Я перевела взгляд с кофе на парня, потом опять на стакан, взяла из его холодных рук горячий напиток и робко поблагодарила. Затем мы вместе поднялись по ступенькам, но на урок химии так и не пошли. До конца занятия оставалось десять минут, так что делать там было нечего. Вместо этого мы сели на диван в коридоре напротив кабинета физики в ожидании следующего урока. Я пила кофе, одновременно повторяя прошлую тему по физике, он лазил в телефоне, временами поглядывая в мою сторону. Было такое чувство, что я сидела с совсем другим человеком, а не грозой школы, опасным и дерзким Диланом Вайзусом, которого боялась половина школьников…
* * * * *
Всю неделю снег не прекращал идти и моему счастью не было предела. Давненько у нас в городе не было подобного снегопада. Погода стояла снежной, но теплой. Как там было «Мороз и солнце — день чудесный…», вот и у нас — мороз и солнце, и дивная пора. Мы с Дэрилом болтали на всех уроках подряд — обсуждали дополнительные, прогулку, недавно вышедший фильм-блокбастер, наших друзей, учителей — словом, всё, что могло прийти в голову. После второго урока Лиджи подошла ко мне и самым недовольным образом заявила:
— Сегодня тоже у тебя дополнительные по физ-ре? — я удивилась ее внезапному тону, но спокойно ответила.
— Нет, а что? — надеюсь, она не раскусила мою прежнюю ложь.
— А то, что ты на физ-ре не была, — подруга стояла надо мной, скрестив руки на груди. Я предательски обернулась на заднюю парту, где Дилан показывал друзьям фокус с картами. Вот гад! Нет, я понимаю, что соврала, знаю, что не говорила ему держать это в секрете или что-то еще, но, блин, он мог бы держать язык за зубами! Глазом не поведет и историчке меня также выдаст, наверное, — я видела сториз Люка. Вайзус в тот день был на соревнованиях по боксу, — но после слов подруги мою ненависть внезапно как ветром сдуло. Как же быстро и легко мы обвиняем других, не дождавшись выяснения правды. Если бы Лиджи не призналась, я бы обвинила парня в том, чего он не совершал и уже готова была врезать. Да, врезать боксеру. Иронично вышло.
— Эм, ну… — пока я пыталась найти подходящие слова, подруга уже подготовила речь.
— Не знаю, где ты была, что даже лучшей подруге не хочешь рассказывать, но иди к черту! — она круто развернулась, оставив меня с распахнутыми глазами. Это что-то новенькое! Такого поведения от Каймер, ну хоть убейте, я в жизни не ожидала! Она шумно села на место и начала нервозно стучать ногтем по парте — любимое занятие подруги, когда она чем-то недовольна. Хайр вопросительно повернулся ко мне. Я закатила глаза. Он подошел ко мне за ответом.