Оставлять машину на обочине было страшновато. На всякий случай Станислав включил аварийку и выставил знак позади авто, чтобы тот, кто будет двигаться сзади, заблаговременно увидел его.
Тропа, уходящая в лес, пока ещё была отчётливо видна, и Стас спешно пошел, а затем и побежал по ней. Только раз он оглянулся в сторону трассы. Но ни дороги, ни машины в таком снегопаде видно не было.
К избушке он вышел довольно быстро. «Дом как дом. Ничего особенного», - решил он и постучал в двери.
- Входи! – позвал женский голос.
Стас постучал ботинками по старым доскам и ввалился внутрь.
***
Горячий, пахнущий травами воздух окутал Стаса. Хозяйка дома окинула его незаинтересованным взглядом, не оторвавшись от своего занятия ни на мгновение
- У вас тут как в бане, - бросил Стас, расстегивая теплую пуховую куртку.
Заметил, что из рукава проклюнулось пёрышко, вытянул его и сунул в карман.
- Зря пришел, - сказала молодая женщина.
В руках у нее была ступка. Пестиком она толкла что-то пахучее. До боли знакомый пряный сладко-горький запах щекотал нос, но Стас никак не мог сообразить, чем же это пахнет.
- Зря? - переспросил он. - Вы же ещё не знаете, зачем я здесь.
Хозяйка, наконец, удосужилась посмотреть ему прямо в глаза.
- Не быть вам вместе. И свадьбе не быть. Отпустить надо. Удерживать станешь - только оба промаетесь.
Стас затряс головой, словно пёс, которому в уши попала вода.
- Я на Кате женюсь в любом случае. Меня эти его трюки не напугают! К вам пришел только потому, что мне сказали – вы всё можете. Не бывает безвыходных ситуаций. Вам же тоже, наверное, хочется непростые вопросы решать. Вот вам сложная задача. Докажите на что способны. Не мне, себе докажите!
Но Агафья будто и не заметила пламенной речи.
- В этом деле не помогу. Силы добро не дают. И никто не поможет, только мучения твои удвоят.
- Не нужно про мои мучения. И жалеть меня не надо. Если дело в этом – мне всё равно. Я всё выдержу.
- Напрасно слова тратишь. Он её не отпустит.
- У него выбора не останется, я всё сделаю, чтобы Катю удержать.
- Тогда и тебя со света сживёт, - сказала ведунья спокойным, ровным тоном.
В доме вдруг стало тихо. Даже огонь в печи не шумел. Словно время остановилось.
Стас, собиравшийся с пеной у рта спорить с ведуньей, так и не произнёс ни слова. Вслушивался в эту тишь, глядя на хозяйку дома не мигая, будто в трансе. Губы онемели. Мысли спутались, все слова забылись.
- Ну? Чего стоишь? Беги, пока тропку не замело и машина цела.
Стас словно очнулся.
- Не вы, так другой кто-то поможет, - высказал он, поежился, словно от озноба, застегнул куртку и вышел прочь из избы.
За снежной завесой уже совсем ничего не было видно. Стас шёл вперёд, доверившись своей памяти и чувству сторон света. Тропка терялась, погребенная под слоем снега, Стас нервничал, пытался разглядеть хоть что-то в снежной кутерьме, но метель кружила и вьюжила, не позволяя найти ориентир. Снег под ногами стал совсем рыхлым. Стас понял, что где-то сошел с тропы. Ноги проваливались по щиколотку, а в груди разрасталась паника. Ещё можно было вернуться по своим следам, и парень уже подумывал так и поступить, когда тропа отыскалась снова.
Его трясло. Не от холода. От негодования. Челюсти непроизвольно сжимались. Сдаваться без боя он был вовсе не намерен. Не собирался отдавать Катю ни сущности с горящими глазами, ни её бывшему мужу. Если бы она сама хотела уйти, понял бы и держать не стал. Но здесь был другой случай.
Однажды, когда Катя, смущаясь и постоянно приговаривая, что он ей не поверит, рассказала свою историю, Станислав решил, что она просто шутит над ним. Забавлялся. Потешался. Но Катя вдруг замкнулась, а парню стало не по себе, потому что высмеял её, того не желая. Тогда у него закралось сомнение: в своём ли она уме. Но кроме этих странных рассказов, казавшихся бредом, в ней не было ни капли безумия. Он предложил ей показаться психологу или другому специалисту, но девушка так на него посмотрела, что Стас смолк и надолго закрыл эту тему. Потом всё забылось. Пока однажды он не решился сделать предложение. Вот тогда и начались её кошмары. Будто кто-то нажал невидимый рычаг.
С шумом мимо промчался грузовик, и Стас очнулся от забытья, вынырнул из своих тяжелых мыслей. Проблему он так и не решил. И теперь нужно было торопиться вернуться домой.