Внутри кольнула ревность. Какой-то тётке Ира доверяла больше чем ему.
- Я много чего знаю. Хочешь быть с ней или нет?
Мужчина сжал челюсти.
- Вижу, что хочешь. И она с тобой хочет.
- Почему она от него не уходит?
- Боится. Ты же сам видел. Приворожил он её, волю сломил, - продолжала женщина, - Чтобы она уйти смогла, чёрное колдовство нужно снять.
Матвей нахмурил брови. В первую секунду ему хотелось потребовать, чтобы тётка не несла чушь. Но жажда узнать больше заставила его промолчать.
Она же будто почувствовала его сомнения.
- Хочешь знать, что делать? Пойдём со мной, раскину для тебя карты.
В другой ситуации Матвей ни за что не пошёл бы, но в этот момент был будто в тумане. С трудом соображал, что происходит, словно одурманенный. Дождался, когда женщина снова пойдёт своей дорогой, и последовал за ней. Шёл по пятам, как привязанный, по двору мимо подъездов, пока не дошли до нужного. Женщина достала из кармана ключи и открыла дверь. Вошли в темноту. Два лестничных пролета и налево. Железная дверь скрипнула, впуская хозяйку и ее гостя. Прошли на кухню. Стол, застеленный чёрной скатертью словно только его и ждал. Тётка, заманившая к себе в дом, достала колоду, разметала по полотну цветные картинки. Матвей смотрел на пёстрые рисунки, не понимая, что он здесь делает и зачем сюда пришел.
- Вот. Видишь? И карты говорят, что она замужем. Но с мужем ей плохо. Руку на неё поднимал. Но уйти не даёт. К сильному колдуну ходил. Вот, посмотри, - говорила она, тыча пальцем в картинки, ничего для Матвея не значащие. – Сделал на Ирку приворот, чтобы не сбежала.
Матвей будто сидел в глубоком колодце, полном воды. В ушах гудело. Тяжелым усилием воли он оторвал взгляд от карт на столе, поднял голову и уставился на гадалку.
- Сколько я вам должен?
- За гадание ничего не возьму. Но если эта женщина тебе нужна, могу сделать так, чтобы она от мужа своего освободилась. Только это уже будет стоить дорого.
- Значит, она хочет уйти от мужа ко мне…
- Ещё как хочет, - закивала хозяйка.
- Сколько?
Женщина заулыбалась.
- Не переживай, денег у тебя хватит. Только нужно кое-что ещё. Какая-то её личная вещь.
Неосознанно Матвей сунул руку в карман, нащупал невидимку и выложил на стол.
- Такая подойдёт?
***
Прошло две недели. О том, что он побывал в квартире странной особы, напоминала только дыра в бюджете. Занять деньги у друзей не мог: врать не хотел, а рассказать о том, что попался на уговоры мошенницы, было стыдно. К тому же пришлось бы выложить все обстоятельства, а делиться о своих отношениях с замужней женщиной ему хотелось меньше всего. И он злился. И на эту женщину, и на себя.
Пролетела неделя. Очередной рабочий день был окончен. Он снова шёл тёмными дворами, когда заметил в тени арки силуэт женщины. Матвей напрягся, злость загорелась в солнечном сплетении. Он шагнул вперед, собираясь высказать шарлатанке всё, что о ней думает. Но навстречу ему вышла совсем другая женщина. Он обернулся ей вслед. Затем тряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли, и поспешил к автомобилю, снова и снова прокручивая в голове ту злополучную встречу. Задаваясь вопросами: «Почему не прошел мимо? Почему последовал за ней? Как вообще повёлся на её увещевания?» - Матвей не сразу обратил внимание на то, что кто-то стоит возле его машины. Лишь подойдя совсем близко, он поднял глаза. Сердце ухнуло вниз, подпрыгнуло к горлу и застучало в бешеном ритме.
- Привет, Матвей, - сказала Ирина. – Я ушла от мужа. Если ты не примешь меня, я пойму, но….
Он в три шага добежал до неё, подхватил на руки и закружил.
- Это правда ты? Мне не снится? – говорил он ей на ухо, не веря, что всё происходит наяву.
- Правда я. – ответила Ира, прижимаясь теснее.
***
Месяц пролетел незаметно. Матвей жил, как в волшебном сне. Любимая женщина готовила завтраки и собирала на работу, вечерами он забирал её домой, где их ждали жаркие ночи. Он почти не замечал маленьких изменений, происходивших с Ириной. Всё можно было списать на то, что почти бывший муж, до развода с которым оставалось подождать всего пару недель, просто не давал ей раньше быть собой. Сначала она сменила всегда аккуратный бежевый маникюр на ногти вызывающего красного цвета, длинные, как у ведьмы. Затем вдруг перекрасила волосы в чёрный. Перестала закалывать их невидимками, а затем и вовсе повыбрасывала эти милые заколочки, так запавшие ему в сердце. Кроме двух, снова завалившихся под кровать. Матвей зачем-то убрал их в карман куртки, не желая расставаться с ними.
Начались и другие странности. Милая и кроткая Ирина вдруг ни с того ни с сего стала выражаться, смеяться громко и вызывающе. Но самое страшное – она начала выпивать.