- Фух, - выдохнул он. – Вы зачем так пугаете?
- Если такой пугливый, чего к ведьме пошёл? – спросила молодая женщина, одетая словно по-старинке. На теле – овчинный тулуп, на голове – платок; на ногах – валенки в колошах.
- Бабка уже вам всё доложила, я смотрю, - зло бросил он.
Женщина улыбнулась.
- Шагай вперёд. Кстати, заколочки, что в кармане лежат - пригодятся, если хочешь знать, почему твоя зазноба так изменилась. А не хочешь – так я здесь силой никого не держу.
Матвей не задумываясь сунул руку в карман, нащупал невидимки. По спине прошел озноб.
- Так что решил? – поторопила женщина.
- Хочу. Хочу знать, - сказал он и зашагал в тёмный ельник.
Идти пришлось недолго. Совсем скоро из-за деревьев показался небольшой домик. Словно девчонка, хозяйка легко обогнала его и первой вошла в дом.
Матвей не стал задерживаться. Шагнул следом.
Внутри жар от печки обдал лицо горячим воздухом. Пахло деревом и травами, воском и горячим железом.
- Как вас зовут? – с ходу спросил Матвей, не желая совершать ту же ошибку.
- Агафья, - откликнулась женщина, уже принявшаяся хозяйничать. Достала и выложила на стол свечи и медную чашу, пучок свернутой в плотную трубку травы.
Матвей следил за приготовлениями. Всё происходящее было таким странным… Он прислушался к себе, но в этот раз не почувствовал никакого тумана в голове. Вдруг краем глаза он заметил странную тень, мелькнувшую на полу. Но стоило ему посмотреть туда напрямую, как всё исчезло. Ведунья тем временем зажгла свечу, от свечи запалила и трявяную скрутку, обошла комнату по углам.
- Фух, сколько черноты, - сказала Агафья, глядя на дым, поднимающийся от шаящих веточек.
Она положила их тлеть в чашу и зажгла свечу. Поднесла пламя так близко, что Матвей отшатнулся.
- Что вы делаете?
- Смотрю, какими ниточками на тебя приворот завязан, - сообщила она.
- На меня? Хотите сказать, все мои чувства – кем-то навязаны? Так вы ошибаетесь. Меня Ирина с первого взгляда зацепила. Вот как увидел, так и влюбился, - взялся объяснять мужчина, но вдруг притих. Ему послышался тихий шёпот совсем рядом. Только в комнате кроме них двоих с Агафьей больше не было никого.
- Приворот не на тебе.
Матвей сжал кулаки.
- Значит, ее муж снова это делает, - процедил сквозь зубы Матвей. - Вот зачем он таскается за ней!
Агафья снова поводила свечой. Нахмурилась. Перед домом что-то зашумело в ельнике. Матвей скосил глаза и успел заметить, как что-то большое и тёмное проскользнуло мимо окна.
- Что это там, снаружи?
- Ветер, - отмахнулась ведунья. - Знаешь, как он делается? Приворот-то…
- Да откуда мне знать?
- Чтобы человека привязать, колдун чужую душу в услужение берёт. Та душа рядом с привороженным находится, волю его ломает и мысли путает, крутит. Ни есть человек не может, ни пить, пока не увидит того, к кому приговорён. А дух взамен за услугу, этим привороженным и питается. Что при жизни любил, то в посмертии делать начинает. Оттого человек и становится невыносимым, что с принуждением в своей голове всё время борется. Кто сладкое не любил, может начать сахар ложками есть, кто мяса не ел, вдруг нападёт на мясное, кто спиртного в рот не брал - запойным стать может.
Матвей вздрогнул.
- Значит, всё-таки правда… Значит, муж её приворотом держал? Когда мы встретились, она совсем другой была! Милая, скромная…
- А когда она меняться начала? – спросила Агафья.
Мужчина сдвинул брови. Что-то подсчитал в уме.
- Не сходится...
- И отчего же?
- Ира блондинкой была. Не пила совсем. А перекрасилась в чёрный она только после того, как ко мне переехала, после того, как тётка с нее приворот сняла. Думаете, она без приворота такая? Пьющая? Злая?
Агафья повела свечой. Пламя затрещало, возмущаясь. Ведунья смотрела на Матвея своими бездонными глазами, не мигая, словно ждала чего-то.
- Хотите сказать… Она стала такой из-за меня?
- До тебя на ней не было приворота, - проговорила Агафья то, чего не решился сказать вслух Матвей.
- Но та женщина сказала, что это её муж творит с ней всякое…
- Всё ещё ей веришь?
- Я и у Иры спрашивал, она не отрицала…
- Но и не подтвердила, - заметила Агафья.
Матвей задумался. Вспомнил, как её муж стоял перед ней на коленях, как обещал уничтожить его, если посмеет обидеть Иру. Разве так поступают плохие мужья?
- Тогда почему она жаловалась на него?
- Иногда любовь проходит сама по себе, без всякого колдовства.
- Думаете, она просто разлюбила его? Тогда почему не ушла?
- Не все сразу находят силы.
Матвей задумался. Челюсти сжались, брови сдвинулись к переносице.