- Я не хотел этого. Не хотел, чтобы она вот так. Эта тётка сказала, что Ира любит меня и хочет уйти ко мне от мужа. Если бы я знал… Вы можете это исправить? Можете снять с нее приворот?
Агафья поставила подсвечник на стол. Посмотрела на дым от скрутки, словно читала в нём что-то.
- Могу. Но ты должен знать: всё что было, может оказаться ложью.
- Хотите сказать, она меня никогда не любила? – спросил он прямо. - До того, как я встретил ту тётку, Ира ни разу не сказала, что хочет уйти от мужа. Значит, все признания в любви – ложь и она никогда не хотела быть со мной?
- Это только она сама тебе сможет сказать, но лишь после того, как воздействие будет снято.
- Но если отвязать этого… духа, то Ира уйдёт от меня? Может уйти?
Агафья не ответила, просто продолжала смотреть ему в глаза. Но Матвей всё понял.
- Я согласен. Не хочу, чтобы она была со мной против воли. Делайте, что должны… Одного прошу: чтобы ведьма эта поплатилась за то, что сделала.
Вдруг дверь за его спиной резко распахнулась, впустив в дом холодный ветер и наметя снега на пол. Матвей отступил и замер, вглядываясь в темень за порогом. Пламя свечи забилось в конвульсиях, но не погасло. Агафья быстро захлопнула дверь.
- За это не переживай. Тех, кто свои дела творит без дозволения, суровая кара ждёт. Сам увидишь…
***
Прошло три месяца. На дворе стояла весна. Матвей сидел на скамейке, следя за тем, как три работящих муравья пытаются утащить в муравейник небольшого пепельнокрылого мотылька. Лёгкий ветерок был совсем тёплым. В последнее время он любил взять с собой бутерброды, кофе и весь обеденный перерыв просидеть в парке, подставляя лицо тёплым солнечным лучам.
С тех пор, как Ира ушла от него, он больше ни разу её не видел. И вовсе не благодаря его силе воли. Матвей искал встречи, но девушка уволилась из кафе. Он пытался расспрашивать её коллег, но те или вправду не знали её дальнейшей судьбы, или делали вид, что не знают. Однажды он дошёл до такого отчаяния, что несколько вечеров дежурил у дома бывшего мужа. Но Ира так и не появилась там. Матвей даже пытался задействовать связи, пока не получил в лоб простой вопрос: «Зачем?» И не смог на него ответить. Уходя – уходи. Отпуская – отпускай. Он выбросил оставшиеся невидимки.
- Извините, молодой человек, не поможете донести пакеты?
Матвею голос показался смутно знакомым. Повернулся на звук и тут же напрягся всем телом.
Он узнал её. Ту женщину, что заманила его к себе и обманом вытянула согласие на ритуал за немалые деньги. Только теперь она выглядела немного иначе. Почти старухой. Волосы поседели, спина согнулась, а глаза помутнели.
- Не припоминаете меня? – спросил он.
- Я плохо вижу, сынок. Так ты поможешь донести пакеты?
Она протянула руки, нагруженные покупками, вперёд.
У него ещё оставалось время до конца обеденного перерыва. Матвей поднялся со скамейки, развернулся и пошел в противоположную сторону.
Поняв, что мужчина уходит, тётка затряслась от злости.
- Ах ты поганец! Ну постой, познаешь почём фунт лиха!
Только он не слушал её слов. Всё выходило так, как и сказала Агафья. Зло было наказано. И, возможно, зрение – не последняя потеря ведьмы. Он прошел вдоль аллеи, свернул на дорожку, ведущую мимо той самой кофейни. Прошагал мимо, стараясь не смотреть в окна и не будить воспоминаний.
- Матвей!
Он обернулся. Ира стояла в дверях. Её волосы вновь были светлыми, но обрезаны коротко, как у мальчишки. Она выскочила на улицу прямо в форме официанта, не накинув на плечи ни кофточки, ни куртки. Подбежала к нему и застыла в двух шагах в нерешительности.
- Ну что ты выскочила? Простудишься, - буркнул сурово, боясь показаться слабым. И сам разозлился на себя за эти глупые слова.
Он представлял их встречу совсем иначе. Подбирал слова, которые скажет, чтобы понять, что у неё на сердце, и так бездарно растратил свой шанс.
- Я на минутку только. Вчера снова устроилась сюда. Девочки говорят, ты про меня спрашивал.
Матвей нахмурил брови. Он не хотел начинать с обвинений, но просто не смог сдержаться:
- Ты исчезла, ничего не сказав. Я не знал, что с тобой!
- Переживал?
Она заглянула ему в глаза.
- А ты как думаешь?
Ира зябко поёжилась.
- Рада, что у тебя всё хорошо. Ладно, побегу.
Она развернулась и торопливо зашагала ко входу в кафе.
- Во сколько сегодня заканчиваешь? Я заберу тебя, - выпалил Матвей ей вслед.
Она обернулась, глянула на него из-под ресниц.
- В десять, - сказала и скрылась за дверью.
Матвей видел через окно, как ее подзывают посетители и она торопится принять заказ. Снова мягкая и улыбчивая, как в тот день, когда он увидел её впервые и влюбился без памяти. Вокруг ещё только начинали распускаться нежные почки, а в душе у Матвея уже вовсю цвела весна.