Агафья не отводила глаз, которые сейчас казались Климу бездонными колодцами.
- Был бы это родовой бес, я бы сказала, что не мне решать. Тут каждый сам свою дорогу выбирает. Подсказала бы тебе, как договор переписать, и за дверь бы выставила. Но сущность досталась тебе не от предков. Не пойдёт он на сделку. Не за этим он рядом с тобой.
Клим молчал. Он слышал, а может ему только казалось, как в темноте у дома ведуньи кто-то ходит, подбираясь всё ближе.
- Но если от него избавиться, - выдохнул он наконец, - то я стану уязвимым.
Перед глазами, как в калейдоскопе, пронеслись все случаи, когда бес вытаскивал его из лап смерти. Тонущий в карьере мальчишка - и чьи-то зубы тащат его за шкирку. Летящая на красный машина - и невидимый толчок в спину. Хулиганы с битами - и внезапно вышедший патруль. Более мелкие случаи: когда кто-то мог покалечить, обокрасть, просто безнаказанно оскорбить - и неизбежная расплата, настигавшая врагов.
Клим вдруг представил, каково это будет - идти по тёмной улице, не зная, кто там ждёт за углом. Ведь в этот раз нож бандита может не промахнуться. И обидчики не упадут в припадке, не поскользнутся на ровном месте. Страх гибели накатил холодной волной. Клим почувствовал, как вспотели ладони, как сильно забилось сердце. Стало жутко от того, сколько раз с ним могла случиться беда. И только присутствие этой тени - этого пса, этого стража, этой твари из зеркала - удерживало его в мире живых.
- Если вы изгоните его, - прошептал Клим, - то как я буду жить?
- Как обычный человек, - сказала Агафья.
- А если оставлю?
- То закончишь дни в подчинении и одиночестве. Безопасное существование, только пустое. Как в стеклянной банке. Ты ведь уже это и сам понял.
Клим кивнул. Говорить он не мог - горло сдавило от невозможности принять решение, которое позволило бы сохранить всё хорошее и избавиться от плохого.
- Но видно, тебе Силы дали эту возможность, - добавила Агафья. – Раз уж даже меня заставили выйти встречать.
- Может, вы вовсе не меня ждали. Вам бы стоило пойти проверить ещё раз, вдруг там кто-то стоит. Я сюда вообще случайно попал. В автобусе уснул, - заговорил Клим хриплым голосом. - А когда проснулся, спросонья выскочил прямо в лесу.
Агафья усмехнулась.
- Не бывает таких случайностей. Чистая душа за тебя попросила.
Клим сглотнул. Облизал пересохшие губы.
- Это Аня? Только она могла за меня попросить.
Агафья покачала головой.
- Этой души ещё нет на земле. Но она уже выбрала родителей. Выбрала тебя.
Клим замер. Слова падали в тишину, как камни в глубокий колодец. От неожиданности он даже перестал чувствовать сковывающий его страх.
- Значит... если откажусь от беса, у меня будут дети?
Агафья помолчала немного. Затем сказала:
- Судьба ещё не написана.
- Выходит, нужно избавиться от защиты, которая меня оберегает с детства, ради призрачного шанса на лучшую жизнь? А если всё пойдёт не по плану? Если ничего не выйдет? Не будет семьи, детей? Я ведь даже не знаю, как это - жить без этой тени за спиной, - прошептал Клим. Голос его звучал глухо, потерянно. - Даже не знаю, смогу ли...
- Мало кто знает свою судьбу наперед. Так и живут обычные люди. Выбор за тобой.
Клим долго молчал, взвешивая за и против.
Свеча оплывала, воск стекал вниз, застывая причудливыми фигурами. Пучок полыни почти догорел.
«Если соглашусь, то смогу, наконец, позвать на свидание Аню», - подумал он и сам удивился своим нелепым мыслям в этой безумной нереальной ситуации.
«А если согласишься, то никто не защитит тебя. И когда что-то с тобой случится, она будет плакать, ее слёзы будут на твоей совести», - подумал он следом и тут же осознал, что это вовсе не его мысли. Сущность нашла его слабую точку.
- Снимайте, - решил он наконец.
Сказал - и будто в пропасть шагнул.
***
Два дня и три ночи он пробыл у Агафьи. Время, о котором потом почти ничего не помнил - обряды, свечи, травы, обрывки фраз, которые стирались из памяти, едва произнесенные. Помнил только как кричал и плакал, будто безумный, как выворачивало его наизнанку, как тело горело огнём изнутри. И если бы Агафья сразу сказала ему, что придётся всё это пережить - отказался бы.
Рано утром третьего дня он вошёл в родной двор. Солнце только поднималось, роса блестела на пожухлой траве, из подъезда вышел сосед с собакой и зевнул, почёсывая живот.
Клим поздоровался с ним и поднялся на свой этаж, открыл дверь ключом.
Мать выскочила на шум. Увидела его и кинулась на шею. Обхватила руками, прижалась, затряслась в беззвучных рыданиях.
- Климка... Климка... сыночек... где ж ты был-то? - всхлипывала она. - Я уж в милицию ходила. А они мне, мол, выходные же, мало ли чем человек занят... Искать не будем... А я два дня не спала...