Лене же было в доме Агафьи неуютно, жутковато. А уж потертый нож с костяной ручкой, свечи, соль и таз с водой вовсе пугали. Вспомнились все жуткие истории про ведьм, что поклоняются нечистой силе. Первым желанием было отчитать Аленку за то, что уговорила прийти в это логово, но при хозяйке дома делать это побоялась. К тому же и подружка, и бывший муж чувствовали себя привычно и вольготно. Лена выдохнула и решила для себя, что, если уж пришла, останется до конца представления.
Агафья тем временем забрала у Олега из рук коробку и, даже не подумав открыть, заявила:
- Вот потому в деревнях раньше на свадьбы приглашали знающих людей. Чтобы за порядком следили и натворить бед вроде наведенной порчи или украденного счастья не давали. Уж за тем, чтобы свадебную обувь в нехорошие руки не попала, уследили бы. Теперь так не делают, не верят в колдовство. Только вот желающих на чужой свадьбе для себя кусок добра урвать всё не переводится.
- Что-то я не пойму, - сказал Олег. – При чем тут ведьмы на свадьбах, порчи и украденное счастье? В прошлый раз о привороте речь шла.
- Чтобы чужого мужа приворожить, нужно его сначала с супругой развести. Сделать так, чтобы рассорились, а потом и остыли друг к другу. Почему ты думаешь твоя бывшая жена на тебя и глядеть не хочет? Отворот навели. Рассорить пару – это полдела. Горячо поругаются, ещё жарче помирятся. А когда отворот сделан, тут шансов, что к примирению придут, нет.
- Подождите, - вмешалась Лена. – То есть вы сейчас поворожите, отворот снимете, и мы с Олегом снова под венец?
- Это вряд ли, - усмехнулась Агафья.
- В чем тогда смысл мне здесь сидеть? Зачем я ехала в такую даль?
- Наведенная чернь к тебе прилипла. И пусть ты не чувствуешь её, жизнь она понемногу будет отравлять. Как порез на пальце: пока не коснешься, не чувствуешь, а как возьмешься посуду мыть или готовить… В общем, тебе решать, оставаться или нет. Только определяйся сейчас.
Лена посмотрела на Аленку.
- Ну хуже-то не будет, - урезонила её подруга.
И Лена кивнула.
- Тогда встаньте посреди комнаты, - сказала Агафья Олегу и Лене. – Стойте смирно, пока я не скажу. Что бы ни происходило, с места не сходите.
Она поставила коробку на пол, села рядом, будто прислушиваясь к чему-то, не обращая внимания на недоумевающие взгляды бывших супругов, а потом вдруг вскочила и принялась зажигать свечи, нашептывая слова заговора. Последнюю свечу взяла в руки. Пламя горело ровно. Но стоило ведунье поднести его к Олегу, как огонёк взъерошился, разбушевался, затрещал. Даже в полумраке было заметно, как дым от свечи почернел. Ведунья обходила круг, и толстая свеча изгибалась дугой, словно кто-то сжимал её властной рукой.
Аленка сидела у печи и про себя благодарила высшие силы за то, что это не для неё ведьма, отложив свечу, взялась за нож. Острое лезвие со свистом рубило воздух вокруг Олега и Лены, отсекая невидимые нити. Алене показалось, что в какой-то момент она даже увидела нечто, простирающее свои щупальца, словно спрут, на шее у Олега. Она закрыла глаза, чтобы не смотреть. Но слушать оказалось ещё страшнее. Шепот Агафьи звучал жутко под завывание ветра в трубе. Словно вторя словам Агафьи, шумело и вспыхивало в печи за спиной Алены. И вроде у огня сидела, а по загривку пополз холодок, когда на чердаке громыхнуло, покатилось, а затем побежало, топая по балкам. С потолка посыпалась пыль, и Алена съёжилась на стуле, стараясь занимать как можно меньше места, стать незаметной. Казалось, кто-то невидимый ходит рядом. От ощущения чужого недоброго взгляда мурашки побежали по спине. Алена глянула на друзей. Каково стоять им, окруженным свечами? Чувствуют ли они то же, что она?
А ведунья тем временем взялась за воду. Что-то шептала над самой поверхностью, едва не касаясь губами, словно не желала, чтобы ее слова расслышал кто-то ещё.
Ведунья поднесла воду Олегу и Лене, велела умыться и сделать по глотку. Краем глаза Алена заметила тень, метнувшуюся в углу, но побоялась повернуть туда голову. Она снова закрыла глаза, пытаясь вспомнить старую колыбельную, которую слышала ещё от бабушки.
Она так глубоко погрузилась в себя, чтобы не слышать стуки и шорохи старого дома, что вздрогнула, когда кто-то тронул ее за плечо.
- Всё закончилось, - тихо произнесла Агафья.
Лена и Олег уже оделись и стояли на пороге.
- Душно здесь, я выйду пока на воздух, - сказала Лена.
- Подожди, - попросила ведунья. – Пока все в сборе, запомните, три дня ничего из дома не отдавать и ничего ни у кого не брать.