- А можно побыстрее как-то? – раздраженно перебил её Ипполит. – Приворот – это плохо, я понял. Но я тебя и не прошу её привораживать. Я же снять хочу!
- Садись, - сказала ведунья и подвинула ему табурет, а как только мужчина прижал свою пятую точку к сидушке, продолжила, как ни в чём не бывало. – Потому у ведьмы, которая этим займётся, особое дозволение должно быть. Иначе накажут. А уж того, кто привораживать явился, проучат и с дозволением и без. Как только чары начнут рушиться, так на него все беды и посыпятся. Готов ли ты обречь человека на тяжелые болезни? На потерю дорогих ему вещей и людей?
- Я же сказал, что готов. Иначе и не пришел бы сюда.
Агафья кивнула и зажгла ещё одну свечу.
Ветер усилился. Послышалось карканье ворон.
- Сначала начнутся маленькие беды. С коллегами, начальством или партнерами рассорится. Затем поскользнется на мокром полу и об косяк двери сломает нос. Потом повздорит вечером перед домом с незнакомцем и тот переломает ему рёбра. Затем станет худеть и хворать. Пойдёт к врачам и узнает, что его уже гложет тяжёлая болезнь, на которую он потратит все деньги и силы.
- Так он скопытится в конце концов или нет? – нетерпеливо вопросил Ипполит.
- В конце концов это ждёт каждого. Но нет. В наказание он будет жить. Но сложной, тяжелой жизнью.
- Как-то слишком мягко для того, кто мнит себя выше богов, - заметил мужчина. – А жена? Она вернётся?
Агафья уже поднесла спичку к третьей свече, но движением руки затушила. Запах серы пропитал поплыл по комнате.
- Когда старый приворот спадёт? – усмехнулась Агафья.
- В смысле старый? На ней же новый…
- Этого я не говорила. Я лишь сказала, что приворот есть. И что тот, кто сделал его в старом доме у седовласой старухи с бельмом на одном глазу, поплатится за содеянное.
Ипполит сглотнул и стал медленно подниматься со стула, будто увидел призрак. Пламя свечей затрещало, словно кто масла плеснул.
- Ведьма ушла на ту сторону, потому и приворот стало подновлять некому. Потому и посыпались на голову того, кто мнил себя равным богам мелкие бедки. Но если провести обряд и снять то, что осталось от приворота, полностью…
В глазах Ипполита вдруг отразилось понимание. А затем ужас. Он отшатнулся от Агафьи к стене, будто увидел перед собой нечисть.
- Нет! Я не даю своё согласие! Я не хочу ничего снимать! На вот, возьми деньги и забудь, что я сюда приходил! – гаркнул мужчина, стараясь скрыть свой страх.
Он достал пачку и бросил на табурет, а затем быстро выскользнул из дома и побежал так быстро, будто его черти гнали.
- И учти, - крикнула ему вслед Агафья, - Попробуешь повторить, станет только хуже!
- Сгинь! – прокричал ей Ипполит и скрылся в ельнике. Он выбежал к озеру, шарахнулся от тумана, едва не свалился с моста, подвернув ногу, и только в лесу позволил себе немного сбавить шаг.
- Чёртовы гадалки. Никогда. Больше никогда, - шептал он, глотая холодный воздух.
За его спиной на тропинку, кружась, падали первые осенние листья. По земле, невидимые в темноте, ползли длинные чёрные тени. Они тянули к Ипполиту свои скрюченные когтистые пальцы, словно пытались ухватить его за ноги. Всё ближе и ближе. Ближе и ближе. Тени знали, что не этой ночью и не в эту осень, но когда-нибудь они возьмут свою плату.
Это ты взяла деньги!
Вадим выдвинул дверцу прикроватной тумбочки и достал оттуда небольшую металлическую коробку, снял с неё крышку и застыл, глядя неверящими глазами. Денег в копилке явно было меньше. Вытряхнул купюры, пересчитал. «Так и есть», - подумал парень. Он планировал потратить эту наличность на новый телефон. С карты деньги всегда расходились незаметно, поэтому он давно уже пользовался этим старым проверенным дедовским способом, когда нужно было на что-то накопить.
- Маша! –крикнул он. – Можешь подойти?
- Это срочно? Я занята!
- Буквально на минутку!
В дверном проеме показалась миловидная блондинка. Босые ноги, короткие шортики, обтягивающий топ, фартук, в руке толкушка.
- Ну, чего? – спросила она. – У меня там картошка остывает, говори быстрее, если хочешь пюрешку с котлетами.
Из кухни и правда раздавалось приятное шкворчание, а запах жареных котлет уже достиг его ноздрей.
– Ты мою копилку не трогала?
- Нет, - ответила она, развернулась и сделала шаг вон из комнаты.