- Сначала деревня, потом дерево, - напомнила коллега.
- А точку на карте нельзя было поставить, чтобы по навигатору доехать?
- Можно. Но в этом месте он не работает.
- В смысле?
- Родственница моя ездила, сказала, что он тут начинает себя странно вести. Всё время перестраивает маршрут. Аномалия. Она час кружила, пока не догадалась его выключить и искать глазами.
- Ну, глазами в такой темноте тут не много найдёшь, - проворчала Женя, но вдруг заметила, как впереди что-то блеснуло в свете фар. – О! А это не та деревня?
Автомобиль пронесся мимо невысоких домиков.
- По километражу должна быть она, - сказала Олеся.
- Странно, что там совсем нет света. Ни одно окошко не горит. Вымершая деревня, что ли? – спросила Евгения и передёрнула плечами, пытаясь избавиться от набежавших мурашек.
Тормоза взвизгнули внезапно , автомобиль дернулся и резко остановился.
– Что случилось?
- Дерево! – воскликнула Олеся, вырулила на обочину, заглушила мотор. – Скрученное дерево! Вот оно!
За окном в свете фар стояла сосна. Впервые Женя видела такое. Толстый ствол вился вверх, словно спираль.
- Как это могло произойти? Как будто кто-то тряпку отжал. Бороздки ровненькие…
Коллега достала из бардачка фонарик и погасила фары.
- Дерево разглядывать будешь на обратном пути, пойдём.
Они вышли из машины, и Олеся включила свой ручной прожектор. Белый кругляш света упал на неприметную тропу, уходящую вдаль от обочины.
Евгения достала из сумочки телефон. Ткнула на иконку фонарика. Яркая лампочка, служившая вспышкой, зажглась. Теперь было видно, что творится под ногами. Зонтики тысячелистника вдоль тропы тянулись вверх, но в них не осталось буйства летней красоты и силы. Крошечные белые лепестки давно облетели. Трава была влажной, словно не так давно здесь прошел дождь. Откуда-то пахло застоявшейся водой и тянуло сыростью. Женя шагала за коллегой, стараясь не отставать. В круге света на тропе впереди мелькали Олесины ботинки.
Вдруг слева послышался шорох. Женя отвела фонарик с дорожки. Пятно света выхватило из тьмы густые заросли. Тонкие веточки подрагивали то ли от ветра, то ли от движения прошмыгнувшего зверя.
- Интересно, тут водятся волки? – спросила она.
- Даже если так, то осенью им есть кого съесть. На людей охотиться не станут. Они умные звери.
- Как-то неубедительно, - проворчала Женя, стараясь не слушать завывание ветра, шелест сухой травы, плеск воды в затянутом ряской озере.
Впереди показался густой ельник.
- Жутковато тут. И зачем в таком месте селиться?
- Наверное, здесь энергетика правильная. Или место силы рядом. Или просто мало кто забредает. Ради праздного любопытства вряд ли кто потащится.
Вдруг ветки дрогнули и навстречу женщинам выступила фигура.
Фонарик в руке Олеси дрогнул, дернулся, чтобы осветить лицо незнакомки.
- Вы недооцениваете людское любопытство, - сказала женщина. – Меня зовут Агафья. Идите за мной.
Олеся с Женей переглянулись, без слов по одним взволнованным взглядам друг друга прочли, как испугались, и двинулись следом за ведуньей.
Идти оказалось недалеко. Совсем скоро луч фонарика обрисовал очертания низенького домика, что прятался среди елей. Ночной лес вокруг жил своей жизнью.
- Жутковато у вас тут, - сказала Евгения.
Агафья обернулась мельком, усмехнулась и прошла в дом.
- Не бойся, Женька, мы ненадолго, - подбодрила её коллега и поспешила следом за хозяйкой.
Оставаться снаружи одной Евгении хотелось меньше всего. Она посмотрела назад тоскливо, жалея, что согласилась на авантюру, но задерживаться за порогом не стала.
В домике жар от печки тут же обнял её, как родную. Щёки запылали, отогреваясь от осеннего холодка.
- В уголке посиди, - сказала ведунья Жене. – А ты передо мной.
Олеся прошла в центр комнаты и села, расстегнув курточку.
Агафья обошла её по кругу.
- Ну и зачем явилась? Проблема твоя и яйца выеденного не стоит.
Коллега обмахнулась ладошками, будто веером, и, разматывая шарф, ответила:
- Так ведь эта подлюка сказала, что порчу наведёт. Фух, жарко у вас тут, - пожаловалась она.
Женя моргала, совершенно не понимая, что происходит. Ведунья вела беседу с коллегой так, будто они заранее сговорились.
- Мало ли, что злой язык мелет? Ничего твоему повышению не угрожает. Бумаги уже готовы, она это знает, вот и решила тебе напоследок крови попить.
- Значит, меня над ней начальником поставят? – недоверчиво переспросила Олеся, а Женя, наконец, стала понимать, о чем идёт разговор. – И что же я буду делать? Она ведь палки в колёса ставить начнёт, саботировать процессы, ругаться, других коллег науськивать. Не выйдет ли мне это повышение боком?