- Открывай, - попросила Полина. – Я знаю, что ты здесь.
Что ты натворила. Часть 3
Громкий стук в дверь заставил Лену вздрогнуть. Снова все ужасы последних лет пронеслись перед глазами.
- Лена! Поговорить надо! Открой!
Золовка, не останавливаясь, долбила кулаками. Зато голос Поли звучал ласково. Даже слишком. И этот контраст между елейным тоном и беспрестанным стуком пугал Лену. Она помнила наставления ведуньи, знала: открывать двери нельзя. Посреди тёмного леса согласиться на это было легко. Но исполнить наказ в многоквартирном доме, где ты не хозяйка, где за стеной есть соседи, которые невесть что подумают – совсем другое дело. Если бы только пришла не Полина… Бабку Елена выгнала бы и глазом не моргнув. Столько невысказанной злости в ней накопилось по отношению к этой старухе, столько слёз невыплаканных от снесённых оскорблений. Свекровь тоже отправила бы восвояси. Та не гнобила её, но и своей матери никогда не возражала, позволяла помыкать невесткой, как вздумается. Но Олежкина сестра… Для Елены она была единственным светлым человеком в этом семействе. Только Полина по-настоящему была рада и невестке и ребёнку.
Внезапно стук прекратился, и наступила тишина. Лена подошла к двери, прислушалась. С опаской заглянула в глазок. Полина по-прежнему стояла за порогом. Волосы растрёпаны, одежда надета впопыхах. Будто почувствовав, что на неё смотрят, резким движением вскинула голову и уставилась на глазок. Лена отшатнулась, ей вдруг стало не по себе. Холодный пот выступил на лбу.
- Я знаю, что ты там. Бабушка видела, как вы вернулись с Андреем. Не стыдно? Все соседи уже в курсе, что ты к чужому мужику с ребёнком сбежала. Что такого плохого Олег тебе сделал? Никогда на тебя руки не поднимал. Правильно бабушка про тебя говорила… А я-то, дурная, защищала…
- Я всё знаю, - не выдержала Лена.
Слова сами сорвались с языка, и назад их было не забрать.
- Что знаешь? – переспросила Полина вкрадчивым голосом.
- Это ты меня к Олегу приворожила.
За дверью воцарилась такая тишина, что Лена едва подавила желание проверить, не исчезла ли золовка из подъезда.
- Ну, допустим, приворожила, - согласилась Поля. Лена услышала, как она прислонилась к двери, звякнув металлическими пуговицами куртки о железный косяк. – Он ведь от бутылки не отлипал, а когда тебя встретил, пить бросил. О семье задумался, о будущем. А ты нос воротила. Что я должна была делать? Смотреть, как он мучается? Мы с ним чувствуем друг друга. Я сразу поняла, что недолго он продержится без выпивки, если ты ему откажешь. Да и тебе мужское плечо было нужно. Одна в городе, без семьи…
Лена даже дар речи потеряла. От неожиданности не нашлась что сказать.
- Так бы и мотались два неприкаянных. Я своего брата знаю, он бы от тебя не отстал. И к тебе никого бы не подпустил. Если не за него, так ни за кого бы не вышла. А теперь у тебя и муж, и ребёнок, и крыша над головой. Если б обо мне кто так позаботился, я бы благодарна была!
- Позаботился? Да мне твоя бабка всю душу выела! Не было ни дня, чтобы она меня не попрекнула. Каждый день был, как в плену!
- Не выдумывай, - возразила Полина. – Не нужно из пожилой женщины сатану в юбке делать. Она всем нам только добра желает. Ну да, недолюбливает тебя. Но ведь я защищаю! Не даю в обиду!
Лена сжала кулаки. Разве объяснила бы она любимой внучке Ираиды Евгеньевны, которой старушка едва ли не ручки целует, как страшно жить, не имея права голоса, как больно слышать, что ты инородный предмет, раковая опухоль на теле семьи?
- Да и Олежка был счастлив. Он ведь не пил, пока Максимка не родился.
- Зато потом за троих наверстал, - ляпнула Лена и тут же пожалела.
- Впусти меня! Поговорим нормально! Я ведь тебе не враг, ты знаешь! Не было у меня злого умысла, Лена! Провалиться мне на этом месте, если хотела тебе навредить!
- Я не просила помогать. У меня своя жизнь была. Учёба, работа, будущее! Я от родителей уехала, чтобы их судьбу не повторить, и у меня получалось, пока не вмешалась ты!
- Ну вот, сама знаешь, каково это, жить среди бутылок. Ты не можешь меня осуждать за то, что я брату помочь хотела.
Этими словами Полина попала Лене в самое сердце. Ведь и вправду, девушка многое бы отдала за то, чтобы родители бросили пить. Какие бы ни были, а родные люди. Разве не согласилась бы она сама на этот шаг, скажи ей, что маленький безобидный приворот заставит любимых людей отказаться от алкоголя? Это теперь, когда знала цену, отказалась бы. Но до того…
На душе стало муторно. Железная воля дрогнула. Лена положила правую руку на ручку, левой повернула защелку.