ла спросить о лабиринте Герарда. Во-первых ей не хотелось вспоминать о вчерашнем происшествии. А во-вторых ей казалось действительно важным, как-то подготовиться к грядущему испытанию. И, в отличие от остальных, она плохо себе представляет, что же это будет. В этом начинании её поддержал Герцог. — Как ты знаешь у каждого мага есть перстень баланса и защиты. И нам такие, конечно, тоже нужны. В обычных семьях артефакторы делают копию отцовского или дедового перстня, ну или существует несколько дубликатов, которые передаются из поколения в поколение. Но такие перстни не являются полностью сочетаемыми со своими новыми обладателями. Потому, что это копия с перстня предков, которые и являются наилучшими носителями такого артефакта. Я не знаю когда именно перестали соблюдать традицию получение перстня как положено. Но теперь настоящий обряд получения перстня баланса и защиты проходят только ученики нашего факультета. Каждый из нас в лабиринте Герарда получит такой перстень, и кроме того есть шанс найти артефакты когда-то потерянные тобой или твоей семьёй. Не знаю, что за испытания нас ждут. Но тот перстень, который получим мы будет предназначен именно для нас. Его подарят не отец или дед. А магия школы Ансельма. То есть места силы на котором стоит наша башня. Знаток демонстративно зевнул: – Какой же ты зануда, Герцог? У нас тут настоящее приключение намечается. Ну или на худой конец расследование, а ты тут легенды Ансельма по памяти цитируешь. Настя сердито шикнула на Знатока. Её эта информация интересовало куда больше, чем желание друзей пойти к этому жуткому месту. Поэтому она язвительно заметила: — Между прочим, поделиться этой информацией мне обещал, кто-то другой а не Герцог. — А ты не знал, Тай? — Ворон вопросительно взглянул на друга. — Такого сильного дара от меня никто не ожидал, и предполагалось, что я буду на домашнем обучении. Я второй ребёнок, — вздохнула Настя. Друзья ошарашенно смотрели на Настю. Что ж теперь понятно, почему отец был так уверен, что дар достанется Илоне. Раз сильный дар у второго ребёнка вызывает такое удивление. Но получается они тут все старшие дети, а принц, выходит он наследник… Не уверена, что стала бы отправлять сюда будущего короля, но чужая душа потемки. Сказали же это элита элит, а вот насчёт титулов покривили душой. Хотя он же универсал, наверное король и должен быть универсалом, но как мы теперь знаем это держится в секрете. Настины мысли, а заодно и тишину воцарившуюся после её признания прорвало замечание Знатока: — Аккуратней Тай, мы, конечно, твои друзья, но лучше больше никому об этом не рассказывать, — заметил Знаток. А Ворон с подозрением покосился на Настю. Чего он там себе напридумывал? — Я понял, – серьёзно ответила Настя, – расскажите, что-нибудь ещё о лабиринте. И Знаток, откуда ты все так хорошо знаешь? Такое ощущение, что ты не первогодка. Слишком хорошо во всём разбираешься. — Что ж, ты меня раскусил, – притворно расстроился Знаток. Остальные ребята с удивлением посмотрели на рыжего. – Вижу не только я отличаюсь наблюдательностью. Я действительно уже отучился месяц на этом факультете. В прошлом году в лабиринте Герарда я получил травму. Предупреждая ваши вопросы, это случилось довольно быстро и ничего особенного я вам рассказать на смогу. Перстня не получил. Но мне позволили остаться и попробовать ещё раз в этом году. Тогда испытания в лабиринте проходило не так быстро, потому что у многих ребят зова не было. И не все собрались до начала сентября. Так что я знаю чуть больше вашего. Но вот что мне в первый раз не понравилось, так это то, что мы все слонялись тут поодиночке. Знаю, это делается чтобы у нас не было привязанностей, когда мы поступим на службу к королю. Но я не думаю, что наличие у меня одного или двух друзей опечалит короля или сделает из меня предателя. Настя настороженно покосилась в сторону Ворона. Потому, что разговор свернул явно куда-то не туда. И ей хотелось как-то сгладить этот момент, и потому она ответила несколько раздражённому Знатоку. — Не думаю, что нам всерьёз придётся переживать из-за этого. Так или иначе, мы все принесём клятву служения его Величеству. А про себя подумала, что если бы у неё не было никаких привязанностей и вдруг она оказалась под действием клятвы королевской семье. Пусть она слабее кровной, но всё равно же магическая. То возможно, все её устремления, эмоции и чаяния были бы направлены именно на то, чтобы служить единственному сколько-нибудь близкому человеку — королю. А Знаток, возможно сломал этот замысел, собрав друзей. Все же после завтрака ребята, желающие получить новых впечатлений, направились к белой башне смерти. Забавно, что они были не единственными. В итоге Насте это больше всего, напомнило экскурсионную группу. Правда, несколько разрозненную. Когда они практически всей толпой направились к белой башне, ничего интересного, они там не увидели. Чтобы испугаться, нужно было прийти сюда ночью и максимум в пятером, а не всем факультетом. И хорошо было то, что все взгляды были направлены именно на место вчерашнего происшествия и только Ворон внимательно смотрел на Настю и, подойдя вплотную, спросил: — С тобой все в порядке? Нет, ну он что решил стать её нянькой? А где его чувство превосходства, надменность, гордыня, наконец. Надо как–то перебороть у него это чувство того, что он ей обязан. Поэтому криво, ухмыльнувшись Настя ответила: — А разве ты забыл? Я – маг тёмных искусств. — Не думаю. Ты знаешь, что на нашем факультете учатся дуалы? Настя кивнула, она не знала, но догадывалась, что просто очень сильного дара мало. А вот равновесие и сильный дар двух видов, вполне объяснял бы особое внимание. Обычно ведь одна из сторон дара превалирует над другой. – Но я первый раз вижу, чтобы сочетание было не нейтральная магия и тёмная или нейтральная магия и светлая, а тёмная и светлая магия, – заговорчески продолжил Ворон, а Настя насторожилась. — С чего ты взял что у меня тёмная и светлая магия? — Я никому не сказал, и не собираюсь рассказывать впредь, там в кабинете магистра Амалриха, и после. Но я видел, как в твоей руке появился светлый артефакт. Он может принадлежать только светлому магу. А смерчи, которыми ты оттолкнул нападавших были из тёмных плетений. А это значит… — Это значит… — поддалась Настя. — Значит, что ты универсал. — Ты ошибся, – предприняла слабую попытку сопротивления Настя. Не то, чтобы она совсем не ожидала такого вывода. Но от понимания того, что она маг универсал, до вывода о том, что она девочка из семейства Д'Керт, остался буквально один шаг. Ведь, других известных некоторому кругу магов универсалов в Хортусе нет. А такой вывод открывает Ворону сразу две слабые стороны Насти. То, что она из рода Д'Керт и обязана служить ему беспрекословно, и то, что она девочка. В общем, со всех сторон нежелательный вывод. Наверное, от испуга, никак, иначе она не может это объяснить, так же от желания поспорить и козырнуть чем-нибудь Настя ответила: Я не единственный универсал в школе, так ведь, Ворон? Повисла тишина, вернее был слышен гомон разочарованных учеников, не получивших столь ожидаемого адреналина. Но этот ропот был где-то там, далеко, а Настя и Ворон были здесь близко, когда Ворон поставил купол тишины Настя и вовсе не заметила. И теперь напряжение в этом замкнутом пространстве только не искрило. Вот зачем? Зачем она это сказала? Конечно, и ее собеседник теперь смотрит на нее удивленно и с большим подозрением. Или ты решила ещё один свой секрет раскрыть? Принялась ругать себя Настя.