Этим движением маг вздернул герцога Д’Тиллу левитацией. Тело деда Руперта изломанной куклой повисло рядом с принцем. Никто уже не ожидал услышать осипший голос, казавшегося бессознательным, старика:
— Ты не мог… Я же твой родной… — голова герцога безвольно свесилась.
Маг швырнул тело деда прямо на Руперта, торопясь завершить начатое. Прошло ещё секунд пять, когда он спросил:
— Ну что же вы ваше высочество, покажитесь нам. В ваших интересах чтобы всё получилось.
Руперт выбрался из-под тела герцога Д’Тиллы, чувствуя, что что-то изменилось, но пока не слишком осознавая, что именно.
— Это, это… как это возможно, личина, аура, да всё… Всё совпадает — пораженно воскликнул брюнет с костистым лицом.
— Вас, наверное, и уличными фокусами удивить можно, — снисходительно заметил маг, — Бон, будьте добры выпустить его светлость, нам пора во дворец.
Маг развернулся спиной к присутствующим, ни чуть их, не опасаясь и принялся за плетение портала.
— Я должен доложить…
— Вы хотите покаяться в своих неразумных действиях?
— В чём наш интерес? — Бон явно нуждался в оправдании того, что сейчас ему придётся сделать.
— Подумайте сами, кого сейчас ищет Д’Эгон?
Бон вздохнул, но промолчал, а затем и отступил от входа в камеру, пропуская его высочество. Руперт шагнул вперед, чтобы не ждало его за гранью портала здесь он не останется, вслед за ним шагнул и маг, принц обернулся, как только оказался по ту сторону, надеясь разглядеть заговорщика, но личина была всё ещё при нем.
— Вынужден вас покинуть, мы с Д’Эгоном не слишком ладим, а он думаю уже спешит сюда.
Маг шагнул обратно в свой портал, и тот схлопнулся.
Руперт остался один, в покоях как понял по бордовой помпезной отделке своего деда. Медленно подошёл к зеркалу, страшась увидеть то, о чём уже догадался. Из зеркала на него смотрели больные глаза Волхарда Д’Тиллы, тонкие руки герцога прикоснулись к стеклу. Руперт взвыл как раненный зверь, но донёсся топот множества ног. Высокие тяжёлые двери распахнулись, и Руперт услышал за своей спиной:
— Ваша светлость Волхард Д’Тилла вы арестованы за покушение на Его Величество Рейнхольда III.
В зеркале отразился настоящий Эдмон Д’Эгон, сейчас он был без личины, и на него было страшно смотреть. Казалось, Руперт не видел его не пару дней, а пару лет. Новые морщины, землистый цвет лица и решительность с ноткой безумия. Руперт всегда считал, что нет таких обстоятельств, которые поколебали бы выдержку и рассудительность дяди. Но не теперь, теперь только законы и правила удерживают Д’Эгона от того, чтобы убить Волхарда Д’Тиллу на месте.